Он едва прикоснулся к ее губам и вышел из комнаты не оглядываясь.

Глава 18

Он любит ее.

Как всегда, Мерси разрывалась между желанием треснуть его и броситься в его объятия. Но Крофт ушел, и она не может сделать ни того, ни другого.

Как это похоже на него, думала Мерси, в волнении расхаживая по комнате. Никаких тебе пламенных речей о бессмертной любви за ужином при свечах, ни обручального кольца, ни слова о чувствах. Просто констатация факта. А потом он уходит, чтобы в очередной раз рискнуть своей жизнью.

Должно быть, он влюбился в нее во время медитации, решила Мерси.

В своем невероятно умном мозгу он пришел к какому-то выводу, поместив растущее увлечение ею в собственный мир восприятий и замкнув тем самым один из своих дурацких Кругов. Когда в этом лабиринте, лишь смутно напоминавшем обыкновенный человеческий мозг, все оказывалось на своих местах, понятно и согласованно, он пришел к определенному выводу. Оказалось — это любовь. Ничего более гениального он выдумать не мог.

А затем он ушел. Мерси не успела сказать ни слова. И она осталась стоять, словно приросла к месту, когда мужчина, которого она любила и который признался, что тоже любит ее, направился в свой крестовый поход за справедливость и правосудие по дороге Круга.

Надо быть такой дурочкой, чтобы влюбиться в него. Ведь она едва его знает.

Они провели вместе всего несколько дней. Но Мерси казалось, что они знакомы очень, очень давно. За эти несколько дней Мерси узнала его лучше, чем знала кого-либо за всю свою жизнь. Она знала его характер, знала, что он любит, что ему не нравится. И почти ничего не знала о его прошлом. Короткая, сухая история, которую он поведал ей сегодня, приоткрыла лишь одну страничку его жизни. И эта история нисколько не изменила отношение к нему Мерси. Она любила бы его даже в том случае, если бы он ничего не стал рассказывать о себе.

Она поняла и приняла его в свою жизнь на каком-то .другом уровне, ничего общего с доводами рассудка не имевшем. С того самого момента, когда она впервые встретила его, Мерси узнала новое, никогда прежде не испытанное ею чувство. Ее как магнитом притягивало к этому загадочному человеку. Он словно обладал властью, способной воскресить в ней то, что долго дремало, почти не ощутимое все эти годы одиночества, и это нечто отнюдь не имело ничего общего с шестым чувством. Однако у этого сверхъестественного ощущения увлеченности были и своя логика, и свои факты.

Но какой толк во всех этих фактах и логике? В конце концов, хмуро напомнила себе Мерси, о своем бывшем возлюбленном она имела предостаточно всяких сведений. Она знала о нем все, начиная со школ, которые он посещал, и заканчивая магазином, в котором он любил покупать кроссовки. Она обсуждала вместе с ним его будущую карьеру и его победы на теннисных кортах. Она знала, какие фильмы и какие машины ему нравились. Она знала об Ароне Сандерсе все, до мельчайших подробностей, однако самого главного она как раз и не знала: ему нельзя доверять ни любовь женщины, ни принадлежащие ей ценности.

Мерси готова была поставить все свое состояние, заключавшееся в «Букинистическом магазине Пеннингтон», на то, что Арон Сандерс за всю жизнь и двух секунд не думал о чести и порядочности. И уж конечно, не сделал их основой своей философии.

Однако это была не столько вина самого Сандерса, решила Мерси. Человек не может долго размышлять над тем, чего у него в принципе не существует.

Беспокойно металась она по комнате. Потом решила еще раз посмотреть «Долину». Открыла свой чемодан, нервно развернула обложку, думая о том, что из-за этой дурацкой книги Крофт рискует жизнью. Только прошлой ночью он едва не погиб из-за нее. Они оба едва не погибли.

Что же такого было в этой книге? Почему она так нужна Глэдстоуну?

Мерси вытащила книгу, положила ее на маленький столик около окна, села.