— Что?

Она могла поспорить, что ей наконец удалось изумить его. Мерси самодовольно улыбнулась.

— Именно. Это действительно она. Полагаю, что Ревингтон Бурле была женщиной.

— Порнографический роман восемнадцатого века написан женщиной?! Это невозможно.

— Почему же? И в восемнадцатом веке были женщины-писательницы. К тому же немало. А кроме того, у них было принято писать под мужскими псевдонимами.

— Но подобного рода вещи?

— Ты что же, один из тех, кто думает, что женщин не интересует эротика? — Она высвободилась из его объятий. — Если это действительно так, у меня есть для тебя новость. Наши вкусы в этой области порой значительно расходятся с вашими, однако это вовсе не означает, что мы не ценим эротику.

— О! Я верю тебе, Мерси, — медленно протянул он, его глаза в этот момент загадочно блестели. — Я видел твое лицо вчера вечером, когда ты смотрела в зеркало, помнишь?

Она раздраженно взглянула на него.

— Истинный джентльмен не стал бы напоминать мне об этом.

— Истинный джентльмен, во-первых, не заставил бы тебя смотреть в это зеркало.

— Как интересно.

— Скажи мне, почему ты все-таки решила, что Бурле могла быть женщиной?

Мерси натянула джинсы. Задумалась.

— То, как здесь описаны чувства. Очень трепетно, нежно. Как правило, писатели-мужчины уделяют внимание только технике, а эмоции обходят стороной.

— А ты что, эксперт по порнографическим работам мужчин? Не думал, что твой профессиональный интерес простирается настолько далеко.

— Ну и что из этого? — с вызовом спросила она. — Разве я не права? Разве мужчинам важна не физическая сторона дела, в то время как у женщин на первом месте чувства? Именно поэтому связь, начавшаяся и развивающаяся по инициативе мужчин, непременно начинается с секса. Однако, как мне кажется, если бы женщина взяла ситуацию под свой контроль, то все происходило бы гораздо медленнее, так, чтобы партнеры смогли получше узнать друг друга.

— Не превращается ли этот разговор из профессионального в личный?

Крофт сказал это так, что Мерси вдруг захотелось, чтобы этого разговора вообще не было. Но она гордо подняла голову и спокойно посмотрела ему в глаза.

— Да, — сказала она. — Именно в личный.

— Скажи же напрямую, Мерси. Мне бы не хотелось продираться сквозь дремучие заросли твоих мыслей.

— Хорошо. Я скажу. — Она судорожно глотнула. — Думаю, что прошлой ночью мы поторопили события. Это произошло слишком рано. Нам нужно больше, времени, чтобы узнать друг друга, Крофт. Если ты относишься серьезно к… к нашим взаимоотношениям, тогда тебе придется согласиться с тем, что на какое-то время нам нужно остудить физическую сторону дела.

— Ну, хорошо, черт возьми.

Этот злой, резкий ответ напугал и обидел Мерси.

— Если тебя интересует только секс, то, черт возьми, ты можешь поискать его где-нибудь в другом месте.

— Вчера ночью ты ничего не имела против секса.

В его голосе слышалась угроза. Мерси вздернула подбородок.

— Учитывая напряженность ситуации, подобные вещи иногда случаются. Человека можно сломить сильным, внезапным физическим влечением, которое…

— Но не тебя.

Она сощурила глаза.

— Что ты хочешь сказать?

— Ты вовсе не теряла голову из-за сильного, внезапного физического влечения. Вчера ночью твое истинное «я» вынырнуло наружу, и я был той соломинкой, за которую оно ухватилось, чтобы не утонуть.

— Очень оригинальное сравнение, однако оно ничего не меняет.