Дальнейшим разъяснением нашего случая мы обязаны появлению чрезвычайно точного воспоминания о том, что все симптомы страха присоединились к признакам перемены в характере только после одного события. До того не было никакого страха, а непосредственно после события страх проявился в мучительной форме. Время этого превращения можно установить с полной точностью: это случилось перед самым днем рождения его на пятом году жизни. Период детства, которым мы займемся, распадается благодаря этому сроку на две фазы: первая – «испорченности» и перверсивности от момента соблазнения в три года три месяца до дня рождения, и более длинная – последующая, в которой преобладают признаки невроза. Но событие, делающее такое подразделение возможным, было не внешней травмой, а сновидением, после которого пациент проснулся, объятый страхом.

Сновидение и первичная сцена

Этот сон, из-за содержащегося в нем сказочного материала, я уже опубликовал в другом месте[88] и сначала повторю сообщенное там:

«Мне снилось: ночь, я лежу в своей кровати. (Моя кровать стояла так, что ноги находились близко к окну; перед окном был ряд старых ореховых деревьев. Знаю, что была зима, когда я видел этот сон, и ночь.) Вдруг окно само распахивается, и в страшном испуге я вижу, что на большом ореховом дереве перед окном сидят несколько белых волков. Их шесть или семь. Волки были совершенно белые и похожи на лисиц или овчарок, так как у них были большие хвосты, как у лисиц, и уши их торчали, как у собак, когда те насторожатся. В ужасе, очевидно боясь быть съеденным волками, я вскрикнул и проснулся. Няня поспешила к моей кроватке, чтобы посмотреть, что со мной случилось. Прошло довольно много времени, пока я убедился, что то был только сон, – так естественно и ясно рисовалась мне картина, как открывается окно и как волки сидят на дереве. Наконец я успокоился, почувствовал себя так, будто избежал какой-то опасности, и опять заснул.

Единственным действием во сне было то, как распахнулось окно, потому что волки сидели спокойно, без всякого движения на ветках дерева, справа и слева от ствола, и глядели на меня. Как будто все свое внимание они сосредоточили на мне. Думаю, что это был мой первый кошмарный сон. Мне было тогда три, четыре, самое большее – пять лет. До одиннадцати– или двенадцатилетнего возраста я с тех пор боялся увидеть что-нибудь страшное во сне».

При этом мой пациент дает еще рисунок, изображающий дерево с сидящими на нем волками, подтверждающий его описание. Анализ сновидения вскрывает нижеследующий материал.

Это сновидение пациент всегда связывал с воспоминанием о том, что в те годы детства он постоянно проявлял совершенно невероятный страх перед картинкой в одной книжке сказок, изображавшей волка. Старшая, значительно превосходившая его по развитию сестра часто дразнила его, показывая ему под каким-нибудь предлогом именно эту картинку, вследствие чего он начинал ужасно кричать. На картинке волк был изображен стоящим на задних лапах с протянутыми вперед передними лапами и навостренными ушами. Он думает, что картинка была иллюстрацией к сказке о Красной Шапочке.

Почему волки белые? Это напоминает ему овец, большие стада которых паслись недалеко от имения. Отец брал его иногда с собой поглядеть на эти стада, и он выглядел при этом гордым и счастливым. Позже – по наведенным справкам весьма возможно, что это было незадолго до сновидения, – среди овец начался мор. Отец вызвал своего знакомого, последователя Пастера, который сделал животным прививку, но после прививки они погибали еще в большем количестве, чем до этого.

Каким образом волки попали на дерево? По этому поводу ему припоминается история, которую он слышал от дедушки. Он не может вспомнить, слышал ли он это до или после сновидения, но по содержанию рассказа это, безусловно, должно было предшествовать сновидению.