Я покачал головой:

— Есть анализ, Ваше высочество. Всего лишь системный анализ. Я не ищу слабые места. Я ищу аномалии. То, что не вписывается в общую картину.

Это была лишь полуправда. В действительности эльфы-контрабандисты «отсыпали» мне столько сведений, что её не дала бы никакая разведка. Но суть оставалась той же. Я видел мир как систему. Искал в ней баги и эксплойты. И сейчас я собирался дать союзнику такой эксплойт в расчёте на политическую поддержку в ближайшем будущем.

Гизак задумчиво потёр бороду, разглядывая меня, как диковинного зверя. Сэр Мейнард за его спиной оставался неподвижен, но я чувствовал его одобрение.

— Мой герой Мейнард знаком с Вами, он говорит, что Ваш анализ — это что-то сродни магии и я склонен ему верить. Сам я в «анализ» не силён, для воина это было пустое слово, но хотел бы послушать.

— Именно поэтому мы здесь, — сказал я.

Я видел интерес в глазах принца и решил, что пора делать свой ход:

— Другу я готов рассказать всё, что знаю.

— Ну, так расскажите, друг сэр Рос.

Я сделал шаг вперёд:

— Рейпл Златогривый сейчас вырубает пустыню перед моим замком. Допустим, этого я размажу. Что дальше? Оба короля меня ненавидят. Я в этом смысле уникальный персонаж, принц. Король Вейран пришлёт ещё войск и ещё. Я для него не генерал. Я аномалия, которую нужно устранить.

Я посмотрел прямо в глаза Гизаку.

— Мне нужен союзник при дворе Маэна, потому что когда случится победа, а мы оба работаем над ней, то пировать на ней слетится целая стая падальщиков. И мне в той игре понадобится союзник. Могу я на Вас рассчитывать?

— Конечно, друг. Если я буду в числе победителей, а для этого мне нужно победить, взяв Эркфурт. Логично?

— Вполне. Сделка?

— Дружба и сделка, — принц протянул мне руку.

Я пожал эту руку.

— Коль скоро мы тут заключаем союзы… Мой дядя, — сказал он наконец, и в его голосе прозвучало неприкрытое презрение, — правит так, будто королевство его личная сокровищница. Он окружил себя льстецами и интриганами, а народы грабит. Сейчас он развязал войну, которую не может выиграть, если бы не я или Вы. И даже это не гарантирует мне победы. Его правление ведёт Маэн к гибели.

О, как! Я позволил себе улыбнуться:

— Мы с Вами оба переживаем за Маэн, Ваше высочество. Не скрою, я бы хотел видеть на престоле кого-то куда более достойного.

— Даже так? — невинно спросил принц.

— Само собой, посторонний не может стать правителем. Скажем кто-то, кто мечом и делом совершил для Маэна много славных дел? Я, например, только одного такого знаю и охотно поддержал такого человека в его законных претензиях на престол.

Принц удовлетворённо кивнул:

— Я не скрываю своих амбиций, генерал. Я считаю, что королевству нужен другой лидер. Лидер, который ценит ум, созидание и силу, а не лесть. Компетентность, а не родословную. И для этого мне нужны союзники. Не придворные лизоблюды, а настоящие воины. Люди, которые умеют побеждать.

Он сделал шаг ко мне и снова протянул руку:

— Ваше предложение принято, генерал Голицын. Я прикрою Вас, когда война закончится, а Вы меня — когда начнутся споры о престолонаследии. Назир же не вечен, верно?

— Да, говорят, бедолага крепко болеет, — саркастически сказал я, хотя при нашей последней встрече его величество Назир Великолепный цвел, пах и помирать не собирался.