Хонг ответил на приветствие едва заметным кивком. Его собственная, ледяная вежливость была куда более устрашающей, чем открытая ярость.

— Забыть такого выдающегося коллекционера, как господин Лю, невозможно. Просто дела Империи отнимают много времени.

— О, я понимаю, понимаю! Бремя власти тяжело, — закивал Лю. Его взгляд скользнул на Мэй Лин, и в его глазах мелькнуло любопытство. — И кто же эта прекрасная дева, что освещает своим присутствием мой убогий дом?

— Моя ученица, Мэй Лин, — представил ее Хонг коротко, не удостаивая ее титулов или подробностей.

Лю, однако, ухватился за это представление как за спасательный круг.

— Ученица такого великого мастера! Это огромная честь! Госпожа Лин, отныне ваше имя внесено в список почетных гостей моего скромного заведения. Вы всегда можете прийти сюда, когда пожелаете.

Мэй Лин вежливо склонила голову, чувствуя себя немного не в своей тарелке от этой показной, удушающей любезности. Она понимала, что ее имя ничто не значило для этого человека — весь этот спектакль разыгрывался ради ее наставника.

Хонг, казалось, не обратил на это внимания. Его взгляд, холодный и оценивающий, скользил по стенам, заставленным стеллажами с дорогими безделушками.

— Я здесь по делу, Лю. Мне нужен подарок.

Лицо торговца просияло, словно полная луна.

— О! Для вас у меня есть самые лучшие вещи во всей империи! Лучшие коллекции! — он с размахом повел рукой. — Драгоценности? Шелк редчайшего плетения? Или, быть может, оружие? У меня есть клинки, выкованные великими оружейниками прошлой династии!

— Оружие, — коротко бросил Хонг.

— Прекрасный выбор! Прошу, пройдемте в мой скромный выставочный зал! Я лично буду вашим проводником!

Лю повел их через ряд арок, украшенных резьбой, в огромное помещение, больше похожее на арсенал. Здесь, на бархатных подушечках и в прочных стойках, покоилось смертоносное искусство. Мечи с клинками, отливающими синевой, как лед горных вершин. Алебарды с древками из черного дерева. Парные кинжалы, украшенные перламутром.

Хонг медленно прошелся вдоль рядов. Его глаза, казалось, не просто видели форму и блеск, но и читали историю каждого клинка, ощущали энергию, вложенную в него кузнецом. Он брал некоторые в руки, взвешивал на ладони и с почти незаметной гримасой возвращал на место.

Мэй Лин, следовавшая за ним, замирала от восторга. Она никогда не видела такого количества великолепного оружия. Но для ее наставника все это, очевидно, было ничем.

— Мусор, — наконец произнес Хонг ледяным тоном, от которого у Лю задрожали щеки. — Красивая игрушка для богатых наследников, которые никогда не нюхали настоящего боя. Новодел, не несущий в себе души. Мне нужно что-то из старого. Из времен, когда металл ковали не для продажи, а для настоящего боя. Желательно, из эпохи Старой Династии или даже раньше, так же важно, чтобы они пробовали кровь искаженных.

Теперь с лица толстяка исчезла подобострастная улыбка. За ней оказался оскал матерого хищника.

— Господин Хонг, у меня есть и такие вещи, но, как вы понимаете, они крайне ценны.

— Я не нищий торговец рисом, Лю, — голос Хонга прозвучал тихо, но в нем снова чувствовался хруст тонкого льда, едва удерживающего мощь водной стихии.

Торговец кивнул и указал рукой на невзрачную дверь:

— Конечно, господин! Предлагаю пройти в мое личное хранилище, эту коллекцию начал собирать еще мой прадед.

Хранилище оказалось небольшим залом без единого окна. Здесь не было бархата и позолоты. Оружие лежало на простых деревянных стеллажах, как суровые воины на отдыхе.

Хонг изучал каждую вещь с удвоенным вниманием. Вот он отверг древний меч с потускневшей гравировкой.