Она не оглянулась, когда Фрай, прихрамывая, подошла к ней сзади. Но у Дианы возникло чувство, что Мегги ждет ее.

– Идемте, Мегги! Пора возвращаться домой.

– Еще несколько минут, и я пойду.

– Хорошо. Я подожду вас здесь.

– Если хотите.

Какое-то время женщина стояла неподвижно. Она словно не могла на что-то решиться. Не отдавая себе отчета, Фрай встала слева от Мегги, помня про ее ранимость. Теперь она смотрела Мегги в лицо, стараясь отыскать ключ к ее мыслям в складках у рта и прищуре глаз.

– Я хочу вспомнить больше, – произнесла Мегги. – Я знаю, что именно этого вы добиваетесь от меня, Диана. Я попробую рассказать вам все, что помню.

– Мегги, это не так важно. Можно обойтись и без этого.

– Но вы говорили, что у вас недостает информации. Мало доказательств. Я вам нужна для опознания.

– У нас есть и другие источники.

Мегги покачала головой:

– Нет. Сейчас вы мне лжете.

Как по сигналу, они дружно шагнули к Кошачьим Камням. Мегги замешкалась. Казалось, она незаметно приближается к Фрай, и наконец их локти соприкоснулись, укрепляя обоюдное доверие.

– Мне надо было привести вас сюда, Мегги, – произнесла Фрай.

– Вы не понимаете. Я хотела прийти сюда сама.

– Да, по-моему, я понимаю, – кивнула Фрай.

– Понимаете? Вы хотели, чтобы я поделилась с вами всем – всеми моими воспоминаниями. Но есть такое, чем я не могу делиться.

Ее взгляд опять затуманился.

– Скажите мне, – произнесла Мегги, и именно эти слова Фрай боялась от нее услышать, – скажите, почему вы сделали аборт?

– Не хотела, чтобы у меня был ребенок, – ответила Фрай. – Это же ясно.

Они остановились у Кошачьих Камней; огромные валуны еле умещались на небольших мягких плитах песчаника, истертых дождем и ветром и принявших формы, похожие на задние лапы животного. Валуны припали к земле, словно изготовившиеся к прыжку кошки, – так, во всяком случае, гласила местная легенда. Может, они собирались прыгнуть на башню, решив сбить с нее спесь.

– Но тут есть и что-то большее, да?

Мегги нежно коснулась одного из камней, будто надеялась одним легким прикосновением пальца привести его в движение.

– Вас изнасиловали?

– Да.

– Но вы никогда не говорите об этом, так?

– Конечно нет.

– Держите в себе. И это правильный выход?

– Я не говорю об этом, – решительно произнесла Фрай.

– Вы отрицаете сам факт, – сказала Мегги, – а это разновидность лжи, которой вы живете.

Они находились в том самом месте, которое было зафиксировано в материалах дела как место нападения на Мегги Крю – короткого, жуткого нападения, навсегда оставившего ее изуродованной. Полиции удалось собрать слишком мало улик – фактически ничего, что могло бы навести на след преступника. Свидетелей, за исключением самой Мегги, не было. И никаких намеков на мотив.

– Нельзя жить ложью, – сказала Мегги.

И тут она начала смеяться. Сначала Фрай неприятно поразило то обстоятельство, что ее признание вызвало приступ смеха. Потом она разозлилась.

– Не вижу ничего смешного!

Мегги оперлась рукой о плечо Фрай, чтобы не упасть. Ее смех, отражаясь от Кошачьих Камней, улетал вниз в долину, к Матлоку.

– Не обращайте внимания, Диана, – произнесла она.