Спустившись вниз за кулисы, я начала разминаться, как и все девочки. Сердце в моей груди бешено колотилось, из зала долетал гул голосов, а по эту сторону занавеса – отдельные куски реплик.

Скарлет прошла мимо меня, задержалась на секунду:

– Сломай себе… – она не договорила традиционное театральное пожелание сломать ногу и вместо этого закончила с улыбкой: – Знаешь, давай я просто пожелаю тебе удачи, ты не против?

Я была не против. Проводив сестру взглядом, я решила отойти в глубь сцены, за бутафорский замок, и закончить разминку там, в тихом уголке. Отсюда сцена выглядела необычно и странно – высоко над головой тянулись веревки, висели на железных рамах фонари, уходили в темноту, под самую крышу, какие-то помосты и лестницы. Во время прогона на сцене ярко горели прожекторы, а зрительный зал был пуст. Теперь вся сцена оказалась погруженной в загадочный мрак, занавес был опущен, из-за него доносился шум, нетерпеливые голоса, первые аплодисменты.

«Сейчас начнется», – подумала я и сделала глубокий вдох.

А в следующую секунду чья-то рука крепко зажала мне рот.

Глава сороковая. Скарлет

Я в полной темноте заняла свое место. К сожалению, оно было рядом с Пенни.

Мадам Зельда и помощник режиссера театра вручили нам веревки, с помощью которых мы должны были поднять занавес.

Это было так унизительно. Я, лучшая балерина в школе, должна была поднимать и опускать занавес! Айви порхала за кулисами в роскошном костюме. Все остальные девочки тоже были в красивых костюмах, а я должна стоять у края сцены в школьной форме. Ненавижу!

– Это все по твоей милости, – злобно прошипела я в сторону Пенни.

– Да неужели? – перекосилась она. – Ты первая набросилась на меня!

– Ага, потому что ты перед этим преследовала мою сестру, а потом сказала, будто это я отравила то проклятое жаркое! – все так же шепотом парировала я.

– Заткнись! – огрызнулась Пенни. – Сейчас дадут третий звонок.

Мне показалось, что за моей спиной в глубине сцены послышался какой-то глухой стук, а затем шум где-то наверху, у меня над головой, но я не обратила на это внимания – может, так и должно быть в настоящем театре, кто его знает.

– Ну, теперь-то ты довольна, надеюсь? – продолжила я. – Никогда тебе больше не танцевать, я уверена. Можешь выбросить свои пуанты.

– Ой-ой-ой, вот только этого не надо. У нас здесь балет, а не мелодрама, – ответила Пенни. – Давай просто поднимем эту дурацкую занавеску, и все. Заплатим, так сказать, за твою ошибку!

Еще секунда – и я, наверное, врезала бы Пенни от души, но тут к нам подбежала Надия в костюме Феи Сирени. Даже в полутьме я могла разглядеть маленькие цветочки из лиловой ткани, нашитые на ее пачке. В этом костюме Надия выглядела так восхитительно, что мне захотелось плакать.

– Заткнитесь вы, обе, – сказала Надия. – До начала меньше минуты. А где Айви?

– Да где-то здесь была, – ответила я, оглядываясь вокруг.

Внизу под сценой в оркестровой яме заиграла музыка. Я крепко сжала в руке свою идиотскую веревку.

И в этот момент мы все услышали крик.

– Айви! – тут же закричала я.

Это был ее голос. Я выпустила веревку.

Крик раздался откуда-то сверху – но как такое может быть?!

Я побежала наискосок в глубь сцены, а за моей спиной, пытаясь перекрыть оркестр, что-то кричала Пенни.

«Айви. Айви. Айви», – мысленно повторяла я как молитву имя сестры.