Том смотрел, как его дедушка проделывает весь этот ритуал. Его седая шевелюра была достаточно пышной, почти как у Тома. Глен Апшоу по-прежнему выглядел достаточно сильным. Казалось, что он запросто мог бы взвалить себе на спину тяжелый рояль. Он был высок и широк в плечах, и частью ауры, всегда исходившей от Гленденнинга Апшоу, была грубая физическая сила. Пожалуй, было бы слишком ожидать от такого человека, что он будет вести себя как нормальный обыкновенный дедушка.

 Доктор Милтон выписал рецепт и вырвал из блокнота листок.

 — Ваш отец очень просил меня дождаться, пока вы приедете, — сказал он Глории. — Захотел раскрутить меня на бесплатный прием. — Доктор посмотрел на часы. — Что ж, мне пора возвращаться в больницу. Я очень хотел бы остаться на ленч, но у нас в больнице сейчас неладно.

 — Что-нибудь случилось?

 — Ничего серьезного.

 — По крайней мере, пока.

 — Что-то такое, о чем мне необходимо знать?

 — Кое-что. Речь идет об одной из медсестер, — доктор Милтон повернулся к Тому. — Ты, наверное, помнишь ее. Нэнси Ветивер.

 У Тома словно что-то оборвалось в груди, и он снова вспомнил свой ночной кошмар.

 — Конечно, я помню Нэнси, — сказал он.

 — С ее поведением и отношением к работе у нас всегда возникали проблемы.

 — Она была тяжелой женщиной, — сказала Глория. — Я тоже помню ее. Очень тяжелой.

 — И не соблюдала субординацию, — добавил доктор Милтон. — Я позвоню тебе, Глен.

 Дедушка Тома, выпустив облако дыма, кивнул доктору головой.

 — Позвоните мне, если вас по-прежнему будет мучить бессонница, Глория. Том — ты прелестный мальчик. И с каждым днем становишься все больше похож на своего дедушку.

 — Нэнси Ветивер была одной из лучших в больнице, — сказал Том.

 Доктор нахмурился, а Глен Апшоу откинул назад свою массивную голову и внимательно посмотрел на внука сквозь клубы сигаретного дыма.

 — Что ж, — сказал доктор Милтон. — Время покажет. — Он заставил себя улыбнуться Тому, снова сказал всем «до свидания» и вышел из комнаты.

 Слышно было, как Кингзли провожает доктора к выходу и распахивает перед ним дверь, ведущую на террасу. Глен продолжал разглядывать Тома, время от времени поднося к губам сигару.

 — Бони все уладит. Тебе ведь нравилась эта девушка, а?

 — Она просто была очень хорошей сестрой и понимала в медицине гораздо больше, чем доктор Милтон.

 — Это просто смешно, — сказала Глория.

 — Возможно, в Бони больше от администратора, чем от терапевта, — сказал Глен обманчиво спокойным голосом. — Но он всегда прекрасно лечил членов нашей семьи.

 Том увидел, как лицо его матери словно озарилось вспышкой молнии, но она сказала только:

 — Да, это так.

 — Он — лояльный человек.

 Глория мрачно кивнула и подняла глаза на отца.

 — Это ты всегда был лоялен к нему, папа.

 — И он заботится о моей дочери, разве не так? — Старик улыбнулся и снова задумчиво посмотрел на Тома. — Не волнуйся о своей маленькой медсестричке, мальчик. Бони найдет правильный выход из любой ситуации. Не стоит так беспокоиться из-за небольшой заварушки в больнице. Миссис Кингзли готовит нам замечательный ленч, и как только я докурю сигару, мы сможем им насладиться.