— Все нормально, — обнимает меня мама. — Не бойся.

— Мне страшно. — Роняю карты на стол.

— Мне тоже, — признается она. — Но скоро все кончится.

Смотрю через плечо на полку в дальнем углу подвала. Там лежит то, за чем я лез сюда, когда завыли сирены. Авианалет поломал наш с Лизой хитрый план. Понятное дело, сегодня мы уже ничего не сможем. Но мысли о Лизе успокаивают меня. Закрыв глаза, представляю, что я не в подвале, а в саду. Рядом Лиза. Мы разулись, чтобы чувствовать ногами траву. Мы лежим на спине, смотрим в небо и гадаем, на что похожи облака.

Взрывы грохочут на окраине, постепенно приближаясь к нам. Земля дрожит. С потолка летит пыль. Смерть стучится в двери, а меня нет дома. Я в саду и не вернусь в подвал, пока самолеты не улетят и город не накроет одеялом тишины.

Новый план

Тротуар завален битой черепицей, но внимание людей приковано к разгорающемуся огню.

Над крышами встает оранжевое зарево. С треском полыхают дома буквально в нескольких улицах от нас. В воздухе стоит густая вонь. Искры взлетают в небо и пляшут над крышами, как угасающий фейерверк. Языки пламени подсвечивают силуэт церкви.

В то, что происходит, невозможно поверить. Рядом с нами горят разбомбленные дома. Их жители погибли или заперты в подвалах.

— Повезло нам, — говорит Лиза. — А представь, если бы мы…

Она замолкает. Поворачиваюсь к ней. У нее в глазах сверкают отблески огня. Сейчас Лиза кажется мне необычайно милой девочкой.

— Красота-то какая, — говорит моя подруга.

— Ага, — соглашаюсь. В самом деле красиво. И в то же время жутко. Пламя, зарево, искры и прожекторы создают волшебное зрелище. Только в основе лежит настоящий кошмар.

— Повезло нам, — повторяет Лиза. Наши пальцы встречаются.

Лиза ждет, что я возьму ее за руку. И я не упущу эту возможность. Поднимаю глаза. На миг наши взгляды встречаются, и мы вновь оборачиваемся к зареву.

Мы с Лизой словно одни на этой улице. Но тут до меня доносится голос деда.

— Там у нас Фельдштрассе? — спрашивает дед сам у себя.

Мы с Лизой тут же вспоминаем, где находимся. Руки сами отдергиваются, как от горячего.

— Надо бы им помочь, — предлагает герр Акерман, наш мясник. Он выжидающе смотрит на деда. — Что, сходим туда?

— Пожалуй, — кивает дед.

— Можно с вами? — спрашиваю.

— Конечно нет, — отвечает мама. — Там слитком опасно.

— Я не буду мешаться.

— Карл, ты никуда не пойдешь. Да и деду не стоило бы.

— Что я, по-твоему, слишком старый для таких дел?

— Нет, папа, просто…

— Ну так молодых ребят всех забрали на войну, — говорит дед, выпрямляя спину. — Придется нам тряхнуть стариной. Пока есть силы, надо помогать людям.

— Я тоже пойду, — встает рядом другой старик.

Поднимается гвалт: деды сбиваются в кучу посреди улицы, чтобы идти на выручку пострадавшим. Женщины тоже собираются вместе, не забывая давать мужчинам советы. Если на улице и есть дети, их крепко прижимают к себе матери.

Деды решают, надо взять с собой ведра и всякие инструменты, чтобы разбирать завалы. Заскочив по домам и похватав что надо, они толпой уходят в сторону пожара.

— Ну что, провернем наше дельце? — шепчет Лиза.

— Каким образом? Да и поздно уже.