— Теперь я понимаю, почему я должен был интервьюировать ее, — воскликнул он. — И вам не стыдно, что известный журналист, специалист по криминологии, должен был униженно молить о счастьи быть допущенным пред ясные очи артистки… — продолжал он шутливым тоном.

И после некоторого раздумья прибавил более серьезно:

— Надеюсь, что вы не очень влюблены в нее, Рекс? Во-первых, как я вам уже сказал, она не собирается выходить замуж, и даже ваше огромное богатство, вероятно, не поколебало бы ее решения. Во-вторых…

Он вдруг остановился.

— Что во-вторых? — нетерпеливо спросил Рекс. — Какое вы еще видите препятствие?

— Я думаю, что вообще мне не следует вмешиваться в ваши дела, — быстро ответил Тэб.

— Я знаю, вы хотели сказать, что не следует жениться на артистке, ибо из нее никогда не выйдет хорошей жены! — воскликнул молодой человек. — Я уже все это слышал. Даже бедный дядя Джесс, когда я ему говорил об этом…

— Как? Вы говорили с дядей о… вашей любви к мисс Эрдферн? — удивленно прервал его Тэб.

— Конечно, я не говорил с ним об этом прямо, — заявил молодой человек. — Я лишь нащупывал почву. Но дядя Джесс с пеной у рта восстал против этого и грозил лишить меня наследства. Он был ужасного мнения об артистках…

Тэб ничего не возразил и некоторое время сидел молча, как бы что-то обдумывая. В сущности, какое ему было дело до того, что Рекс без ума влюблен в артистку?.. Однако, сам не зная почему, он воспринимал любовь Рекса Лендера к мисс Эрдферн как личное оскорбление…

ГЛАВА 9

На следующее утро к журналисту пришел Карвер.

— Я хочу сделать вам необычное предложение, — заявил он. — Вчера я сказал своему начальству, что вы можете оказать нам существенную помощь. Вначале все наши пришли в ужас от мысли, что журналист войдет в дело. Однако мне удалось уговорить их. Теперь я еду в Майфилд, чтобы обыскать остальные коробки. Не хотите ли поехать со мной?

Тэб в первую минуту не знал, что ответить: помогать сыщику — значило на время почти отказаться от своего прямого занятия. Он понимал, что не сможет сообщать газете ничего более или менее интересного из того, что узнает во время расследования, разве самые пустяки.

Однако размышлять было некогда: нужно было решаться.

— Я поеду с вами, — сказал Тэб. — Несмотря на то, что как журналисту мне это нисколько не улыбается. Но я хочу рискнуть…

Когда они вышли из дому, Тэб с изумлением увидел у подъезда чудесный автомобиль. Зная скупость полицейского начальства, он тотчас же спросил у сыщика, где тот раздобыл такую машину.

— Это автомобиль покойного старика Трэнсмира, — ответил Карвер. — Старик почти не пользовался им. Его наследник, господин Лендер, оказался более щедрым и предоставил его в наше распоряжение.

— Какой милый этот Рекс! — воскликнул Тэб, откидываясь на мягкую спинку сиденья. — Он мне ничего об этом не говорил.

Некоторое время они ехали молча. Когда приближались к дому, Карвер заметил:

— Мне удалось собрать еще некоторые важные сведения… Наши люди всю ночь производили дознание на почте относительно корреспонденции покойного Трэнсмира. Оказалось, что он за последние два года получал массу писем. Вероятно, мы найдем их в еще не вскрытых коробках. Кроме того, сегодня утром мы узнали, что за десять минут до исчезновения Вальтерса в Майфилде была получена телеграмма…

Когда они вошли в дом и расположились в гостиной, Карвер тщательно закрыл дверь и показал молодому человеку телеграмму.