Бенсон вдруг повернулась и подошла к трюмо. Она стояла спиной к Холли и репортеру, но со своего места Холли было видно лицо женщины в зеркале. Писательница была напряжена и нервничала.

— Должно быть, вы ошиблись, — тихо сказала она. — Я не знаю никакой Дженис Маклин.

— В самом деле? — искренне удивился репортер.

— Возможно, я перепутал имя. У меня плохая память на имена. Она вроде говорила, что она приятельница вашего брата. У вас ведь есть брат, не так ли? Или я опять что-то перепутал?

Возникла неловкая пауза. Казалось, Бенсон вся ушла в размышления.

Репортер нарушил молчание:

— Извините, это ведь вопрос о личной жизни, так? А мы договорились, что не будет никаких личных вопросов.

Он повернулся к Холли.

— Видите, Холли, — он улыбнулся, — вы все-таки чему-то у меня научились. Даже если это только как не надо делать.

Он протянул ей руку:

— Мне все равно пора. Не стану дальше испытывать ваше терпение, милые дамы.

Холли пожала руку.

Репортер снова переключил свое внимание на писательницу:

— Если только, конечно, вы не захотите продолжить наш разговор в баре. Я уверен, мы бы могли о многом поговорить.

— Боюсь, не получится, — ответила Бенсон. — У меня много дел.

— Хорошо, я предлагаю так. Я пробуду там где-то полчаса или около того, если вы передумаете, — сказал Эйнсли Джеймс.

Бенсон быстро повернулась и посмотрела на него. Ее улыбка была натянутой и неубедительной.

— Я подумаю, — ответила она.

Репортер широко улыбнулся.

— Замечательно! — просиял он. — Тогда до свидания, Холли. И успехов тебе с репортажами!

Как только дверь за журналистом закрылась, Бенсон стала быстро собирать свои вещи. Книга, которую она подписала Эйнсли Джеймсу, сейчас лежала на туалетном столике.

Холли подошла и взяла ее.

— Бенсон, — обратилась она, — вы забыли про книгу. Может быть, мне догнать мистера Джеймса и отдать ее ему?

— Что? — казалось, Бенсон удивилась, увидев, что Холли еще в номере.

— Эта книга. Вы собирались подарить ее мистеру Джеймсу.

— Не глупите, — Бенсон выхватила книгу из рук Холли, — я и не собиралась дарить ему книгу. Почему вы так подумали?

Писательница напрочь утратила все свое дружелюбие. Какое-то мгновение она сердито смотрела на Холли. Потом ее взгляд смягчился.

— Мне очень жаль, — сказала она, — но мне надо идти. Было приятно с вами познакомиться.

Бенсон исчезла в ванной, а Холли смотрела ей вслед.

Холли смутилась. Вероятно, она сказала или сделала что-то, что расстроило писательницу. Но она не могла понять, что это было.

Бенсон вышла из ванной без очков и парика, с маленькой дорожной сумкой в руке. Она быстро оглядела комнату. Убедившись, что ничего не забыла, писательница направилась к двери.

Холли нервно откашлялась.

Бенсон остановилась.

— В чем дело?

— Ничего. Просто вы говорили, что подвезете меня.

— Подвезу?

Холли кивнула.

— Или вы остаетесь, чтобы побеседовать с мистером Джеймсом?

— О нет. Конечно, нет. Ну, если я говорила, что подвезу вас, я не нарушу обещания.

— Вы уверены?

— Конечно. Но поторопитесь. Я очень спешу.

Писательница уже направлялась к двери. В коридоре она не пошла по главной лестнице, а направилась к пожарному выходу.

— Мы пойдем здесь, — показала она, — так быстрее.