— А вы знаете, что вдоль края утеса и вокруг ваших владений установлены столбы с предупреждающими надписями: проход запрещен, собственность Министерства обороны?

Томас Клаф побагровел.

— Утесы опасны, там часто случаются обвалы, осыпи. Если кто-нибудь убьется или покалечится… — Он пожал плечами. — Никто от этого не застрахован. Йэн сказал, люди будут осторожнее, если подумают, что это как-то связано с островом — сибирская язва дело опасное.

Его голос, постепенно теряя свою уверенность, звучал все тише. Все время, пока Клаф-старший говорил, Кэрол молчала.

— Значит, вы умышленно выставили столбы с надписями, содержащими ложные сведения? — наконец спросила она.

— Они уже до нас стояли. Йэн только добавил несколько слов — какой от этого вред? — оправдывался мистер Клаф.

— Если эти надписи не исчезнут в течение сорока восьми часов, я обращусь в полицию. Понятно?

— Вполне.

Резко повернувшись, Томас Клаф сел в фургон, рванул с места и укатил.

Холли вскинула глаза на тетю:

— Здорово ты его отбрила! И спасибо, что заступилась за нас.

Лицо Кэрол вдруг стало непроницаемым.

— Поставьте велосипеды в гараж. Потом приходите в гостиную — мне надо с вами поговорить. О, я вижу, вы брали мой бинокль. Интересно, почему это вы решили, что можете взять его без спроса?

Следующие полчаса были неприятны и мучительны. Холли не пыталась искать себе оправдания за бинокль.

— Тебя не было дома, когда он нам понадобился в первый раз, а после мы забыли. Извини, — сказала она.

Кэрол была расстроена. Она сказала, что относилась к ним как к взрослым людям, отвечающим за свои поступки, а они ее подвели.

И Холли вынуждена была признать, что в этом ее тетя права.

— Но мы должны были пойти на косу, — сказала она. — Мне нужно было выяснить, правильна ли моя версия о голландском судне.

— Почему ты мне ничего не объяснила? Холли упрямо покачала головой:

— Я пыталась тебе объяснить. Но ты сказала, что это все мои фантазии. И потом, если бы я попросила разрешения, разве бы ты позволила нам пойти?

Кэрол пришлось с неохотой признать, что не позволила бы.

— Я сказала тебе, что остров был обеззаражен, и собиралась рассказать о фальшивых надписях, но тогда ты бы все равно мне не поверила.

— Ты права. Я всегда тешила себя мыслью, что хорошо соображаю — быстро схватываю суть любой ситуации. Но на этот раз я села в галошу — не смогла разглядеть то, что было прямо у меня под носом. И мне очень жаль… Да, кстати, — Кэрол подошла к столику у стены и взяла пару конвертов, — эти два письма принесли, пока вас не было. Одно для тебя, Трейси, и второе для Холли.

Холли повертела в руках дешевый белый конверт. Ее имя было написано заглавными буквами: ХОЛЛИ. И больше ничего не было, даже марки.

Кто мог ей писать? И зачем?

Глава VIII «МНЕ ОТМЩЕНИЕ, И A3 ВОЗДАМ»

Холли надорвала конверт. Ей не понадобилось полностью вынимать письмо, чтобы понять, о чем оно. Криво вырезанные из газет и наклеенные на лист бумаги слова составляли короткую фразу: «Я ЖЕ ТЕБЯ ПРЕДУПРЕЖДАЛ…»

Холли поспешно сунула листок обратно в конверт и спрятала письмо в карман. Придется подождать удобного момента, когда можно будет рассказать об этом подругам.

— Ты не видела, кто их принес? — как бы между прочим спросила она Кэрол.

— Нет. Разве ты сама не знаешь, от кого они?

— Знаю, — вздохнула Трейси.