— Когда будешь открывать, приподними дверь немного вверх, — прошептала Трейси, — чтобы она не скребла по гравию. А я выведу велики.

Медленно и осторожно Холли открыла старенькую деревянную дверь, а после того, как подруги вывели свои велосипеды, так же осторожно ее закрыла. Девочки повели велосипеды через газон, а не по дорожке, чтобы Кэрол не услышала их.

— Уф! — выдохнула Белинда, когда они выбрались на шоссе. — Каждую секунду ждала, что она нас окликнет. Но как мы будем возвращаться? Что, если она запрет дверь и оставит нас ночевать на улице?

Подруги испуганно переглянулись.

— Я как-то об этом не подумала, — пробормотала Холли. — Ну да все равно — теперь уже поздно. Будем ломать над этим голову, когда вернемся.

Они оставили велосипеды на косе, там, где дорога теряется в поросших травой дюнах, спрятав своих стальных лошадок между двумя кустами можжевельника. Уже смеркалось, и вокруг не было ни души. Ворота Фрэмли-Грейндж накрепко заперли на висячий замок, на ферме Уэтербай тоже не наблюдалось никаких признаков жизни. И ни огонька.

— Наверное, миссис Уэтербай уже легла, — сказала Холли. — В деревне спать ложатся рано. Ей ведь небось завтра вставать с рассветом, чтобы коров доить.

— Жалко, что мы не сообразили захватить с собой чего-нибудь горяченького в термосе, — вздохнула Белинда, когда они пробирались вверх по склону утеса к месту, с которого впервые увидели бухточку. — Возможно, нам придется ждать долго, да?

Однако, прежде чем кто-то успел ей ответить, на острове мелькнула яркая вспышка.

С трудом сдерживая захлестнувшее ее возбуждение, Холли схватилась за бинокль.

— Кто-нибудь быстро, записывайте. Белинда!

— Я готова.

— Трейси?

— Готово. — Трейси установила свой секундомер.

Девочки следили за сигналами, методично хронометрируя их. После первой вспышки была пауза, потом белый сигнал, затем зеленый, еще один белый и за ним красный.

Ответные огни появились почти что у них из-под ног. Один… два… три зеленых и более долгий белый.

— Bay! — выдохнула Трейси. — Они же прямо здесь, в бухточке.

— Что теперь будем делать? — прошептала Белинда.

— Тс-с-с! — Холли приложила палец к губам.

Жестами она показала подругам, что надо укрыться в зарослях папоротника. Его резные листья, жесткие и колючие, щекотали носы, вызывая непреодолимое желание чихнуть.

Холли внимательно осмотрела остров.

Возможно, если бы не сумерки, его можно было бы разглядеть получше. Но даже и сейчас она заметила, что моторная лодка уже отошла и направляется к ним, пересекая узкую полосу воды, отделяющую остров от берега. Белинда была права насчет лодки, подумала Холли. Моторка действительно появилась «ниоткуда», словно скала вдруг раздвинулась и выбросила ее из своих недр.

Подруги пристально следили за крошечным пятнышком в густеющей серой мгле. Временами лодка исчезала из виду, казалась почти нереальной — всего лишь какое-то светлое завихреньице на более темном фоне воды. Девочки напряженно вглядывались в даль, стараясь проследить за ее ходом в угасающем свете сумерек. Глаза Холли начали слезиться, она заморгала. Скоро лодка будет здесь. И тогда они наконец узнают, что за груз она привезла.

Подруги ждали, затаив дыхание.

Все их внимание, все мысли были направлены на одну маленькую лодку.

Внезапно в тишине послышалось глухое басовитое рычание, от которого душа ушла в пятки и язык прилип к гортани. Листья папоротника зашуршали, зашевелились…

— Принц! Стоять! — раздался властный мужской голос.