— Я сейчас задохнусь, — простонала полураздавленная Лорин.

Джеймс сгреб с дивана пригоршню рассыпанного попкорна и оттянул резинку Лориных шортов.

— Ай, нет! — завизжала Лорин. — Всё, Джеймс, тебе война! ПУСТИ!

Семнадцатью этажами ниже Джон сидел в уголке гостиничного бара, устроившись подальше от остальных посетителей. В двустворчатую дверь вошли два рослых здоровяка, и Джон отметил, что долгие годы работы в полиции и разведке не проходят даром: у него выработалось особое чутье, благодаря которому он за версту узнавал полицейских, переодетых в штатское. Джинсы, пивные животики, лыжные куртки. Даже в их манере говорить чувствовалась многолетняя выучка.

— Вы, должно быть, Джон Джонс, — сказал тот, что постарше, поставив на ковер спортивную сумку «Адидас».

Джон пожал им руки.

— А вы, полагаю, Грег Джексон и Рэй Маклэд. Присаживайтесь. Что будете пить?

Рэй и Грег работали в лондонской полиции, в отделе собственной безопасности. Служащие этого отдела — ОСБ — рассматривали случаи коррупции в полицейской среде и обвинения, выдвинутые против их коллег — стражей порядка.

Джон вернулся, поставил на стол три кружки пива и уселся за стол.

— Ваше электронное письмо заинтересовало нас, — сказал Грег. — По содержанию дело не то чтобы из ряда вон выходящее, но уж больно крупный масштаб — преступники среди полицейских, ограбление и убийство и одном флаконе. Расскажите подробнее.

— В общих чертах мой план состоит в том, чтобы стравить наших главных подозреваемых. Пусть они переругаются между собой и вцепятся друг другу в глотки. Если всё пойдет как надо, они в пылу ссоры начнут при поминать друг другу все смертные грехи. А мы их послушаем через микрофон.

Рэй кивнул:

— А в чем вы видите нашу роль? Обычно разведки любит прикарманивать всю славу себе.

— Я работаю с женщиной из местной полиции по имени Милли Кентнер, но остальные мои сотрудники немного необычны, — пояснил Джон. — Они не могут и открытую выступить в суде, потому что таким образом поставят под угрозу безопасность организации, которая официально не существует. Так что если мы раскроем это дело, то упакуем все улики так, чтобы выглядело, как будто всю работу проделали вы вдвоем и Милли. И тогда жетон старшего инспектора, считайте, у вас в кармане.

Оба полисмена сделали вид, что этот рассказ не произвел на них никакого впечатления, однако скрыли невольные улыбки за ободками стеклянных кружек.

— Кого вы имеете в виду под необычными агентами - информаторов? — спросил Грег.

— Гораздо экзотичнее, — усмехнулся Джон. — Один старый приятель рекомендовал мне вас, ребята, потому что вам и раньше доводилось работать с МИ-5, но се равно хочу вам напомнить: если вы когда-нибудь предадите гласности информацию об агентах, с которыми вам предстоит иметь дело в ближайшие пару дней, вы сорвете десятки подпольных операций во всех уголках земного шара и поставите под угрозу человеческие жизни. Если вы поставите нас в положение, при котором нам придется выбирать между вашей жизнью и безопасностью наших агентов, то я бы не желал оказаться на вашем месте.

Грег и Рэй переглянулись, как бы спрашивая друг друга: «Чего этот чудак так пыжится?» Джон не обратил на них внимания: он понимал, что, узнав правду, полицейские отнесутся к его угрозе более чем серьезно.

— Допивайте пиво, и пойдем наверх — знакомиться с «херувимами», — сказал Джон.