|
Так же, как это случилось с нами в первую ночь без него, когда, причастившись, мы ощутили его присутствие, теперь происходило и с другими добрыми людьми.
Вкусив трапезу, мы распевали псалмы, читали выдержки из Писания или письма от наших собратьев, христианских проповедников, странствовавших со словом Иисуса по свету и извещавших единоверцев об устроении церквей в иных краях. Наиболее известными были послания Павла, однако рассылали их и многие другие. Община в Магдале регулярно получала послания от человека по имени Иуст, которого волновали вопросы церковной обрядности: он считал, что христианская служба не должна слишком походить на службу в синагоге.
— Да о чем тут говорить, — промолвила, услышав про это, одна женщина, — если в тот момент, когда будет лишь упомянуто имя Иисуса, нас просто вытолкают из синагоги.
Она от души рассмеялась, а я не смогла сдержать улыбки, представив себе надутую физиономию Илия.
Один мужчина, явно по наущению Святого Духа, произнес речь о присутствии Иисуса в повседневных делах, а потом, после заключительной молитвы, братия обратилась к нуждам общины. Кроме того, многих интересовало, чем различаются обычаи и обряды, признаваемые в разных церквах. В Магдале об этом узнавали лишь из редких писем, и сведения были скудные.
— У нас нет возможности узнать больше, — посетовал один мужчина. — Порой у нас бывают сведущие гости вроде тебя, и это помогает, но ведь мы сами действуем скрытно. Как нам узнать о других верующих и установить с ними связь?
— Вижу, среди вас есть люди, к чьим словам прислушиваются, — сказала я, — но вам нужно избрать из их числа постоянного главу общины, а также старейшин и служителей, которые смогли бы наладить отношения с другими церквами от имени вашей. У нас, в Иерусалимской церкви, которая считается материнской по отношению к прочим, есть особые люди, они держат совет и собирают миссионеров, посылаемых во вновь образуемые церкви с наставлениями.
Я вспомнила, как Петр и Иоанн помогали обращенным в Самарии.
— Нам не нужны церковнослужители, — возразил один молодой человек. — Мы хотим быть равными во Христе. Как только кто-то провозглашается старейшиной, возникает иерархия, неравенство! И как определять старшинство: кто выше, учитель или щедрый благотворитель? А как насчет тех, кто наделен пророческим даром? Скажи, разве не все вы, последовавшие за Иисусом, были равны? — Прежде чем я успела ответить, он добавил: — Да, многие говорят о том, что Петра Иисус выделял особо. Ты ведь была там и должна знать. Это правда?
Не думаю, чтобы он наделил Петра особыми полномочиями, — осторожно ответила я, припоминая все, что говорил Иисус Петру и о Петре в нашем присутствии.
Пожелай он даровать Петру первенство, оно было бы провозглашено всеми нами. Может быть, в чем-то Иисус и выделял Петра… Он предрек конеЦ его жизни, говорил о том, что ему придется отправиться туда, куда он не хотел бы отправляться, а еще Иисус сказал Петру: «Паси овей моих». Но о старшинстве или власти речи не было.
— А вот почитатели Петра утверждают иное, — заявил юноша. — Их вокруг немало, ведь поблизости Капернаум, из которого родом его семья. Так вот, послушать их, выходит, будто Иисус назначил Петра своим… своим представителем или что-то в этом роде. И передал Петру собственную силу.
Я не смогла сдержать смеха.
— Да, Петр и правда может исцелять людей и обладает могучим даром слова. Но Иисус наделил всех нас способностью исцелять людей его именем.
— А еще почитатели Петра говорят, что ему дано право отпускать грехи, — указал тот же молодой человек.
— Никогда не слышала, чтобы сам Петр говорил что-то подобное, а уж мне довелось провести вместе с ним немало времени. |