Римские солдаты, появившиеся словно ниоткуда, плечами проложили путь сквозь толпу, склонились над трупом и подняли сбившуюся ему на лицо шляпу.

Разговор между ними шел на латыни, и Мария поняла лишь одно слово— «Антипа», но догадалась, что, видимо, убитый состоял на службе у Ирода Антипы. Благочестивые иудеи не жаловали ни самого тетрарха, ни его слуг, считая их пособниками римлян.

Один солдат оттащил тело с перекрестка, другой с подозрением оглядел зевак, но, видимо, поняв, что убийцы среди них уже нет, вернулся к своему товарищу, чтобы помочь ему убрать мертвеца с улицы.

С лица Иоиля схлынула краска. Мария подошла и остановилась позади него.

— Это были они? Эти люди? — Подумать только, один из них заходил в дом Сильвана! Они хотели вовлечь ее семью в свои ряды.

Иоиль кивнул.

— Я в этом не сомневаюсь, — промолвил он, помолчав, — Зилоты развязали здесь кровопролитие. Добром это не кончится.

Он поежился, потом помахал остальным, увлекая их в сторону центра города. — Идем, идем!

Хотя города они не знали, но когда проходили мимо широкой. окруженной колоннами агоры с рядами торговых палаток и аккуратных лавок, то сразу угадали в величественном здании, высившемся в самом сердце города, дворец Ирода Антипы. Недавно сооруженный из сверкающего белого песчаника, с отливающей золотом крышей дворец выглядел столь ослепительно, что это заставило их позабыть о недавнем происшествии.

— Ты видишь золото? — воскликнула Авигея. — На самом верху? До меня доходили слухи, что он вызолотил крышу, но…

— А еще говорят, — подхватил Иаков, — что он велел изваять животных в качестве украшений. Животных! Это же идолы!

Ездра пожал плечами.

— Навряд ли у него есть золотой телец. Более вероятно, это что-то вроде птиц или лошадей.

— Интересно, приведет ли его новая супруга во дворец свою дочь Саломию? — спросила Мириам. — Говорят, что она очень красивая.

— Мне кажется, ей стыдно за свою мать, — неожиданно промолвил Иоиль. — Большинство девушек стыдятся, если их матери ведут безнравственный образ жизни.

— Да, а потом они вырастают и начинают подражать мамашам, — заявила Авигея. — Если мать безнравственна, можно быть уверенным, что и дочь последует ее примеру.

— Так вот куда попадет наш рассол, — заметил Ездра, куда больше интересовавшийся делами, чем нравственностью тех, с кем эти дела ведутся. — А этот Хуза… можно доверять его слову?

— Судя по отзывам, вполне, — ответил Иоиль. — Если он послал заказ, значит, это действительно заказ двора.

— Я слышала, что его жена одержима, — неожиданно заявила Авигея. — Что она слышит голоса и порой сама себя не помнит.

Иаков возмутился, но Мария не поняла почему. То ли он не знал об этом, то ли полагал, что сведения его жены ошибочны.

— Чепуха! — отрезал он.

Мария бросила взгляд на Авигею, задумавшись, не адресовано ли это замечание ей.

Они продолжили путь мимо запруженной народом площади, туда, где по полученному описанию должна находиться лавка торговца амфорами. Улицы теперь стали узкими, такими, что два осла с поклажей едва могли бы разойтись здесь. Кроме того, здесь было мрачновато, не то что на залитой солнцем агоре. Однако в этих закоулках в избытке располагались мастерские и лавки: видимо, некоторые купцы и ремесленники предпочитали тесные щели открытому пространству.

Спутники прошли мимо предсказателя, который, стоя у дверей своего заведения, негромко зазывал прохожих:

— Я могу сказать вам, что ждет вас впереди! Умею читать будущее по звездам.