Спутники прошли мимо предсказателя, который, стоя у дверей своего заведения, негромко зазывал прохожих:

— Я могу сказать вам, что ждет вас впереди! Умею читать будущее по звездам. Не двигайтесь вслепую навстречу грядущему!

Девушка, стоявшая у длинной деревянной пристройки, внутри которой мерцала одинокая лампа, увидев прохожих, возгласила:

— Изгнание демонов! Мой хозяин умеет избавлять от нечистой силы! Одно заклинание, один глоток настойки магического корня, и вы свободны от мучений!

Иаков хмыкнул.

— Так близко от дворца. Удобно для Хузы! Ему следует привезти сюда свою жену.

Мария не смогла удержаться.

— Иаков, — укорила она, — это не предмет для шуток. Я уверена, что жена Хузы и вправду страдает. Хотя, конечно, ей не следует обращаться к шарлатану.

— Что ты в этом понимаешь? — удивленно буркнул Иаков, раздосадованный тем, что его шутливое замечание было встречено серьезными возражениями.

— Гляньте! — Авигея указала на соседнее заведение с внушительным портиком, золотисто-голубой колоннадой, фасадной стеной, расписанной под карту звездного неба, и дымящими курильницами, расставленными между колоннами, — Как вы думаете…

Она умолкла, неожиданно подумав, что это дом терпимости.

За установленным под колоннадой прилавком, словно призрак, маячил мужчина. Он был в высокой, остроконечной шапке, какие носят вавилоняне, и богатой, ниспадавшей с плеч мантии из потрясающе красивого шелка, темно-синего, как небо в тот час сумерек, когда на нем вот-вот должны появиться первые звезды.

Жестом указав на разложенные перед ним разнообразные амулеты, сделанные из бронзы, серебра и золота, — все они имели колечки. позволявшие носить их на цепочке или шнурке, — он произнес:

— Роды. Защита.

Арамейский его оказался весьма скуден: скорее всего, он просто выучил несколько подходящих слов.

Поскольку беременных среди них не было, путники из Магдалы собрались пройти мимо.

— Сила! — произнес торговец амулетами, тыча пальцем в другой поднос. — Сила!

Мария замедлила шаг и скользнула взглядом по его товарам. На мягкой черной ткани, расстеленной поверх подноса, лежали маленькие статуэтки безобразного бога с оскаленной львиной мордой. выпученными глазами, таращившимися из-под изогнутых бровей, трехпалыми ступнями с кривыми когтями, человеческим торсом и четырьмя крыльями за спиной. Одна рука идола была поднята, а другая опущена вдоль тела; широкие ладони с толстыми, изогнутыми пальцами вызывали отвращение.

— Ламашту! — восклицал торговец. — Сила против Ламашту!

— Мария! — воскликнул Иоиль. — Пойдем отсюда!

Он схватил ее за руку и рывком повлек вперед.

И тут она увидела позади купца здоровенного глиняного идола, способного из-за одних своих размеров внушить куда больший страх, чем маленькие фигурки. Его безобразная морда словно бы светилась, хотя на деле лишь отражала огни зажженных у основания истукана ламп. Однако оскал остроконечных зубов был так правдоподобен, что, казалось, сейчас с них закапает слюна.

Но больше всего ее напугали руки идола, ибо такие руки она уже видела. Да, та маленькая ручонка, отбитая от идола в Самарии, которую она подобрала, выглядела точно так же. Мария почувствовала себя так, будто бы враг надвигается на нее, окружая со всех сторон. Где сейчас та глиняная рука, она вспомнить не могла.

— Пазузу, — промолвил торговец, почтительно указав на идола. — Пазузу. — Он порылся в памяти в поисках подходящих слов и наконец сказал: — Сын Гамби, повелитель… демонов злых ветров.

И в этот момент, глядя в упор в отвратительные глаза навыкате, Марии показалось, что она и впрямь почувствовала, как нечто шевельнулось у нее внутри, переместилось, как бы освобождая место.