Забавно, но сейчас каждый был одинаково доволен и недоволен друг другом. Доволен — потому что добился желаемого результата. Я вписался в блудняк с Хтонью, а Святослав изымет все бумаги у воеводы. Что он сделает это в самое ближайшее время, сомневаться не приходилось. Недовольны — потому, что ни он, ни я не видели всей картины в целом. Что там такого в пещере? Хрен знает. Для чего простому ведуну записи умершего рубежника? Ответ тот же.

Меня лишь порадовало, что во времени я был не ограничен. Спасибо и на этом. Хотя Великий Князь и не представляет, что мне надо провернуть все в самый короткий срок. Иначе… иначе Юнии трындец.

— Я могу идти, Ваше Величество?

Что-то поздно я стал включать субординацию. В любом случае, Великий Князь посмотрел на меня не скрывая неприязнь и кивнул.

Я обернулся лишь на пороге:

— В следующий раз можно не гнать всю толпу рубежников. А просто позвонить.

— Вдруг ты не захочешь приезжать, — сразу обозначил Святослав мое положение. — А так все сразу упрощается.

Я вышел с четким пониманием, что Мотя Зорин увяз полностью Тут даже речь шла уже не про коготок. Великий Князь четко дал понять, что будет «доить» меня, пока я смогу быть ему хоть чем-то полезен. И вся эта история с Печенгой — лишь страшилки. Если понадобится, он придумает что-то поинтереснее. Шантаж, угрозы, убийство? Что-то я едва ли теперь чему-то удивлюсь. Значит, придется импровизировать. Главное — достать Лихо. Рядом с ней можно бороться хоть против всего мира.

Интерлюдия

Марат не решился побеспокоить Великого Князя. Святослав пристально смотрел на входную дверь, за которой скрылся наглый рубежник. И размышлял. Башка знал, что в такие моменты Никитинского лучше не трогать. Потому покорно ждал подле, пока наконец Великий Князь не обратился к нему лично:

— Что скажешь?

— Мне не нравится этот рубежник. От него нужно избавляться.

Слава богу, теперь не надо играть роль истерично преданного служки, каким Башка часто представал перед большим скоплением людей, а можно быть самим собой.

— А если убрать в сторону личную неприязнь?

— Дело не в личной неприязни, Ваше Величество. Я стараюсь рассуждать прагматично. Я уже говорил, что с этим Матвеем существует лишь две возможные тактики поведения. Первая — привлечь на свою сторону. Чего уже точно не будет после происшествия в схроне.

— Я был в своем праве! — чуть не вскочил на ноги Великий Князь.

— Со мной нет нужды спорить, Ваше Величество, я на вашей стороне.

Марат ответил чуть быстрее, чем следовало. Было видно, что он слегка испугался. Немногое могло разгневать Великого Князя. Однако именно в этом состоянии он мог совершить множество необдуманных действий.

— Но рубежник мог воспринять это как обман, — закончил Марат.

— Ты знаешь, что я не мог отдать ему Осколок. Иначе для чего это все⁈

— Знаю, Ваше Величество. Но это не меняет картины в целом. Итак, друзьями вы стать уже едва ли сможете.

— Я вообще-то Великий Князь, а он обычный ведун, — презрительно ответил Святослав.

— Которым он стал за очень короткое время. Иначе бы не привлек ваше внимание и… внимание Трепова. Тогда существует второй вариант… убить его, пока мальчишка не вознесся слишком высоко, и мы уже ничего не сможем сделать. Если в нем действительно сокрыт такой невероятный потенциал, он может быть опасен… для короны и вас лично.

— Это невозможно, — легкомысленно ответил Святослав. — Он дал присягу.

— Как и Иван по прозвищу Болото, убивший Тверского Князя, как и Наиль-разбойник, зарезавший во сне хана Богатура. В истории нашего рубежного мира было всего восемь случаев нарушения присяги.