Каждый миллиметр Созидателя был покрыт темными точками, едва различимыми с большого расстояния. Поэтому создавалось впечатление, что этот товарищ загорелый. Когда на самом деле его кожа изначально была ослепительно белой. Забавно, что Скугга именно таким образом проявила себя на этом рубежнике, если его вообще можно так называть.

— Я из поселения неподалеку, — произнес я с определенным трудом. Вблизи крона сводило даже челюсть. — Мне сказали, что ты ищешь Юнию.

— Я вспомнил тебя и твой хист! Ты был здесь в прошлый раз! Значит, ты украл Юнию⁈

Замечательно. В список топ-фраз, после которых начинались драки, добавилось что-то новенькое. Теперь после «есть сигареты?», «ты кто по жизни?» и «откуда сам такой?» появилось «Лихо есть? А если найду?».

— Я ее пленил, но не крал.

— Отдавай! — сказал крон с такой злостью, что я чуть не рухнул на землю. Жестко давит, гад.

— Отдам, — ответил я. Пот градом катился по лицу, а ноги ходили ходуном. — Но с рядом условий.

— Что⁈ Я раздавлю тебя, как вошь!

— Раздавишь, — поморщился я, утирая пот. Теперь судорога прошла по всему телу… — Но Юния твоей не станет. Придется искать ее по всему миру. Я же отдам тебе добровольно, если мы заключим договор.

На крона было больно смотреть. Нет, во-первых, мне действительно было больно сейчас что-то делать. Во-вторых, для него моя фраза выглядела, как если бы светской леди вроде Собчак выдали швабру, тряпку и ведро и заставили мыть солдатские казармы. Гигант передо мной ворочал мысли внутри своей большой головы. Мне даже хотелось попросить его делать это быстрее. Стоять рядом становилось тяжелее с каждой секундой.

Наконец крон разродился:

— Чего ты хочешь, человечек?

Обидно, я вообще-то ведун. Меня вон и Великий Князь знает. Жалко, что для этого товарища Святослав вряд ли будет авторитетом.

— Первое, ты оставишь поселение в покое. Ты и твои тв… создания.

На лице крона промелькнуло нечто вроде мимолетной улыбки. Держу пари, ему этот Фекой вообще не уперся. Однако бог кивнул.

— Второе, ты освободишь пленников, которых забрал.

Теперь крон задумался. А после непродолжительного молчания ответил:

— Только тех, кто остался в живых.

У меня от этого замечания сердце сжалось. Анфалар, Анфалар. Что-то мне подсказывало, что в плену ты едва ли вел себя мирно. Однако я кивнул.

— Тех, кто остался. И третье, ты дашь нам уйти. После этого я отдам тебе Юнию.

Крон кровожадно улыбнулся и протянул мне руку. А я не без дрожи пожал ее. И стало еще больнее. Я на минуту ощутил всю ту мощь, которой обладал крон. Будто с плоскогубцами в трансформаторную будку влез и теперь стоял, дергаясь, как эпилептик на вечеринке под дискошаром. А в теле ощущения были, словно на меня экскаватор наехал.

Все же Лихо оказалась необычайно мудра. Ведь сказала, что можно забрать данное слово назад. Сейчас я находился в искренней растерянности. Потому что не знал, как одолеть эту громадину. У которой, к тому же, еще есть и определенные способности к превращениям.

Однако несмотря на боль всего тела, мы смогли принести клятвы. После чего крон, к моему необычайному облегчению, отпустил меня.

— Жди здесь, человечек.

И умчался прочь так же стремительно, как и появился. Я тяжело выдохнул и посмотрел ему вслед, мокрый как мышь и усталый, словно вагон в одиночку разгрузил.