— Поеду объясняться к Соседовым. Ты здесь будешь?

— Да, конечно.

— Я позвоню, если ты мне понадобишься.

— Я буду ждать. Только вы обязательно позвоните. Я переживаю.

— Ладно, не куксись. И не такие проблемы разруливали.

Андрей нашелся у Соседовых, и Юрасик сказал, что сейчас подъедет.

— А что случилось, Юрьпетрович?

— Ничего.

— Нет, я же по интонации слышу…

— Приеду — разберемся.

Шофер глянул на него искоса, но ничего расспрашивать не стал, видя, что шеф «глубоко задумался». До соседовского района они добрались через час. Открыла Юрасику Лена, с заранее нахмуренным лобиком. Старик поднял на него глаза, сузившиеся от желания устроить обычный крик, но пока не было предлога.

— У вас какие-то претензии по моей работе, милостивый государь?

— Не сказать претензии — скорее вопросы.

— Ну и?

— Где оборудование-то?

— Как — где?! Вы же сами, сами лично подтвердили поступление этих коробок! Или я ослышался?

— Да нет, коробки все на месте — все пятьдесят две. Вопрос, что в коробках?

— А что, что в коробках?!

Юрасик слазил в карман пиджака и высыпал перед дедом горстку конфет с круто издевательским названием «Магия».

— Вот что… Кондитерка!.. Ленок, чаю не организуешь? А то я без обеда.

— Конечно, — буркнула девушка и поспешно сбежала на кухню.

— Я ничего не понимаю — какая «кондитерка»?! Выражайтесь литературно, молодой человек!

«Я так литературно — аж даже в рифму выражался!» — подумал Юрасик и ответил:

— То, что во всех прибывших коробках были продукты питания и кондитерские изделия. Нашего имущества там нет.

— Как — нет?! Как это — нет?!

Старик забегал по комнате, натыкаясь на стулья.

— За пятьдесят лет на арене я не совершил ни единого промаха!

— Ну, мы ж не на арене были, — вступил Андрей. — Мало ли что…

— Вы все делали, как я сказал? — строго спросил старик, останавливаясь и испепеляя Юрасика взглядом.

— Да, конечно. Я в этом деле человек новый, старших слушаю. — О поэтических экспериментах Юрасик решил не упоминать, как о несущественной детали. — Вот та Лена высказывала предположение, что причина в этом ящике — он будто бы выдает то, что привык, — игрушки и конфетки, как для детского утренника… Кролей-голубей…

— Я же вам говорила, Юрьпетрович, что это полнейшая… — начала вернувшаяся с чайником Лена.

— Постой, Лен, я хочу заслушать руководителя.

Старик уселся в кресло, плотно запахнул халат и надулся, как мышь на крупу. Внучкино замечание он пропустил мимо ушей.

— Что ж, это не исключается. Стереотипы присущи не только людям, но и вещам, особенно старым.

— А уж наши-то вещи… — задумчиво протянул Андрей.

Старик метнул в него гневный взгляд, и художник примолк.

— Вы считаете, господин Краснов, что я виноват в этой неудаче? — Фокусник закинул голову, как собравшийся кукарекать петух.

— Я считаю, что нам всем сейчас надо решить, где и как искать потерянное имущество. Премьера теперь под еще большим вопросом, чем когда-либо. Какие будут мнения?

— Сколько у меня времени? — снова затеатралил фокусник.

— Чем меньше, тем лучше.