Внезапно прорезались голоса — чуть ли не за ближайшим стеллажом.

Голоса были мужские. Лена устремила на него вопросительный взгляд. Он выпятил губу и пожал плечами — сам не понимаю. Оставалось только, подкравшись, слегка приоткрыть тяжелую деревянную дверь с бронзовой ручкой и заглянуть в соседний зал. То, что там увидел Юрасик, повергло его в шок.

Рядом с полкой, на которой размещались новенькие пылесосы «Чайка» и ламповые приемники «Рекорд», положив локоть на полку, стоял тот седой полковник с Лубянки, только не в форме, а в камуфляже и шнурованных ботинках. Вполуоборот Юрасику находился — кто б вы думали?! — да Пашка Круль! Сам! В натуральную величину! В черной куртке-косухе и джинсах.

Они мирно беседовали, вроде как совещались. Полковник скептически поводил коротко стриженной головой, а Круль что-то ему доказывал. Поодаль маячили два мощных парня в зелено-пятнистой форме.

«Господи, что ж они здесь делают-то?! Они, что ли, моих малявчиков украли?! И увеличили? Не поверили, что я тут ни при чем… Органы не обманешь».

— Путь закрыт. Надо в обход.

— Почему? — недоуменно пожала плечами девушка.

— А с ке-ге-бе ты здесь повстречаться не хочешь?

— С кем?!

— С компетентными органами! Они давно дедовыми цацками интересуются.

— Может, мы через зал другой какой-нибудь страны пройдем?

Действительно, пробегая по странам и временам, они видели, что на пороге каменного века цивилизация стала распадаться на отдельные тенденции, и из каждого зала можно было попасть в несколько других, через многочисленные, неплотно прикрытые двери. Отойдя подальше от места, где совещались враги, Юрасик набрал телефон художника. Голос у Андрея был все так же по-щенячьи радостный.

— Юрьпетрович, у нас тут…

— Замолкни и сиди тихо! У нас ФСБ на хвосте и Круль!

— Кто?

— Кого мы… опустили? Помнишь? Он здесь и в нормальных размерах!

— Не может быть! Без нашего оборудования…

— Может! Он с пацанами из органов! Так что сидите тихо. Телефон поставь на вибрацию. Ясно?

— Не очень… Но я сделаю.

Юрасик отключил трубку вовсе, и они пошли в обход, по залам, где размещались достижения Европы девятнадцатого века. Сам не зная почему, Юрасик взял Лену за руку и вел за собой, как ребенка. Когда они пошли через сплошной лес вешалок с платьями и пальто, мило старомодными, но необыкновенно красивыми, Юрасик почувствовал, как тяжко стало ему тащить за собой девушку.

— Ленк, я тебя умоляю — прибавь ходу!

— Юрочка, это выше моих сил — это же модели Коко Шанель, эпоха высшей элегантности! У меня ноги не идут…

— Эти типы такую нам элегантность пропишут, что цинковый гроб за шинель в самый раз пойдет!

Похоже, они действительно сделали полкруга. Юрасик, осторожно заглянув в соседний зал, увидел там склад какого-то сложного оборудования, со сплошными «НР» на боках.

— Где-то тут и наше время!

Телефон вызывал Андрея довольно долго — наверное, он опять запал на какую-нибудь диковинку и не чувствовал, как в кармане трепыхается мобильник. Наконец пиканье прекратилось.

— Чего не отвечаешь? — рявкнул Юрасик.

— Вот и ответил, — прозвучал в трубке интеллигентный баритон. — Я вашего звонка так жду, так жду, Юрьпетрович. Ведь обещали, а? — В интонациях седого пробивалась явная издевка. — Когда вы сможете нас навестить? Ваши друзья уже с нами…

— Я… не ориентируюсь, где я.