Стелла внимательно на меня посмотрела. Она, похоже, здесь была взрослой, а не я. Дочь медленно кивнула и вернулась взглядом к окну.

– А ты понимаешь, что это навсегда? Не в смысле эти отели, бега, а мы с тобой. Что теперь мы всегда будем вместе жить?

Стелла снова кивнула.

– Хорошо. Потому что я, если честно, не представляю, что делать. Когда все закончится, когда Герберт и законники найдут тех, кто… ты поняла. Наверное, вернемся в Хейзенвилль. Я хотела остаться в Даркфелле, но знаешь, я просто вредничала. В Хейзенвилле мы будем не одни. Там живет моя сестра, хоть она и порядочная стерва, она тебе понравится. А дядя, может, хоть немного заменит тебе отца. Он тоже неплохой. Мне бы хоть вполовину такого влюбленного парня. Ох, Стелла, я надеюсь, они уже их поймали и мы сможем вернуться. Иначе Райан нас достанет. Тебе нравилось в школе?

Она помедлила, прежде чем ответить. Но потом все же покачала головой, хоть и с некоторой долей неуверенности.

– Мне тоже. Но придется в нее вернуться. Впрочем, теперь ты пойдешь в частную. Кортни говорила, в тебе есть магия. У нее чуйка на такие вещи. Ладно, ложись спать. Скоро рассвет, поедем с первым экипажем.

Я собиралась еще немного посидеть и обдумать как следует план. Но Стелла сунула мне в руки блокнот, где по-детски неумело была нарисована собака.

– Хочешь щенка? – хмыкнула я.

Стелла вздохнула.

– Я тоже. Купим, как вернемся. Надеюсь, Кортни разрешит. Подумать только! Теперь мне придется спрашивать разрешение у младшей сестры. Но, думаю, вместе мы своего добьемся. И у нас будет собака, беседка в саду и большая-пребольшая ванна.

И у нас все будет хорошо и без Райана.

* * *

Наутро мы спустились вниз до завтрака, когда постояльцы (если они здесь и были) еще мирно спали в своих номерах. Но уже рассвело, и на городскую площадь наверняка стянулись первые экипажи. Я хотела успеть раньше всех, потому что в городках, подобных этому, всегда есть риск опоздать и застрять еще на сутки.

Стелла, конечно, не выспалась, а я чувствовала, что готова убивать. Прошла ночь, прошла и тоска. Сейчас идея связаться с Гербертом и вернуться домой казалась мне не очень здравой.

Во-первых, вестей от него не было. Не прошло даже недели, по истечении которой мы должны связаться. Герберт наверняка уже знал, что случилось с хозяевами арендованного дома.

Во-вторых…

– Мэм?

Я очнулась от размышлений, поняв, что распорядитель что-то мне говорит.

– Простите, что?

– Я спрашиваю, не нужна ли вам помощь. Вы выглядите… потерянной. Я могу связаться с приятелем, он живет неподалеку от города. Они с женой вас приютят за обычную помощь по хозяйству.

– Спасибо, – улыбнулась я, чувствуя как немного, но становится легче. – Но я думаю, мы справимся.

Стелла, до сих пор не реагировавшая на внешние раздражители, коснулась моей руки.

– Что? – удивилась я.

Удивительно, но я почти всегда понимала ее без слов. Хотелось верить, что это тот самый материнский инстинкт, но Герберт сказал бы – опыт принятия зачетов у слаборазвитых студентов. Порой вместо ответа на билет они мычали ничуть не понятнее Стеллы.

– Хочешь согласиться?

Стелла кивнула. Она чувствовала то же, что и я: распорядитель вызывал доверие. Но жить у незнакомого мужчины? Слишком беспечно, слишком опасно. Но не опаснее ли продолжать бегать? Однажды может не повезти, и вместо участливого хозяина гостиницы попадется кто-то вроде Райана или Лавреско.

– Ладно, – наконец с сомнением произнесла я. – Давай попробуем.

– Умная у вас девочка, – добродушно улыбнулся мужчина, разумеется, слышавший наш разговор.