– Потом начались странности. Жизель приносила мертвых птиц, бродила по дому ночами, а потом перестала выходить на улицу. Однажды она поднялась на чердак и наотрез отказалась выходить оттуда. Все наши попытки вытащить ее или хотя бы оборудовать для нее комнату кончались жуткой истерикой. Никто не понимал, как всеобщая любимица превратилась в призрака. Жизель спала в одном из старых сундуков, пела и кричала ночами, не подпускала к себе никого…

Райан замялся, и я догадалась, что он скажет дальше:

– Кроме Вероники.

– Да. Она помогала Жизель и, пожалуй, действительно была к ней добра. Мыла ее, кормила, лечила. Часами с ней разговаривала. Между нами давно не осталось чувств, но ради Жизель я раз за разом спасал собственный брак. Ведь мы понятия не имели, что станем делать, если Ника исчезнет из жизни Жизель. Когда Вероника уехала, все стало совсем плохо. Отец верил, что записи Конрада Кордеро помогут. Конрад был величайшим магом-менталистом. Мне хотелось верить, что у Жизель есть шанс, но ты права, нужно было отправить ее к целителям. Отец никогда не входил на чердак. Всегда запирал ее дверь снаружи. Он объяснял это заботой о безопасности обитателей дома, но…

– Но что?

– Сегодня был единственный раз, когда Жизель повела себя агрессивно.

– Потому что Мэнфорд пришел. Он боялся ее. Но все же вошел, потому что там была я. Может, твой отец не хотел, чтобы Жизель что-то рассказала мне?

– Я не знаю, Кайли. Я много лет верил в то, что ищу способ помочь сестре, но теперь уже ни в чем не уверен. Могу я у тебя кое-что спросить? Только ответь честно, ладно? Знаю, что не заслужил твоей честности, но это для меня важно.

– Хорошо, – ответила я. – Спрашивай.

– Кто такая «К»?

Райан извлек из кармана сложенный вдвое листок, в котором я узнала записку, толкнувшую меня к чердаку. Не знаю, на что я рассчитывала. Что он не узнает?

– Я не знаю, кто это. Раньше так подписывалась Ким, когда играла с нами. Но Ким в лечебнице. По крайней мере, я в это верю. «К» не раз помогала скрыться от Лавреско. Я верила этим письмам. Похоже, на это и был расчет.

От переизбытка эмоций я вскочила и прошлась от кровати до двери. Потом поняла, что все еще обнажена, и быстро схватила платье.

– Не надо, – улыбнулся Райан, – ты скрашиваешь мое существование таким видом.

– Я думаю, «К» была в доме. Она выпустила Жизель, чтобы привлечь мое внимание к чердаку. А потом подкинула письмо с ключом и намекнула, что за дверью разгадки, которые мне так нужны. Может, это сама Вероника. Может, Ким сбежала. А может, кто-то третий, кто преследует собственные цели. Знаешь, я тут подумала вот о чем. Наши отцы использовали наработки Конрада Кордеро, из-за чего пострадали Ким и Жизель. Вряд ли это ритуалы, направленные на благо человечества. Нам все равно нужно найти дневник, пока до него не добрались… Стой!

Райан нахмурился, а у меня возбужденно забилось сердце.

– Белами! Он держал книжный магазин, там была целая куча антикварной литературы! Герберт постоянно покупает там для Кортни подарки. К Белами везли редкие экземпляры со всего мира. Может, «Дора Заката» искали дневник Конрада? И поэтому напали на Белами? А сейчас ищут Стеллу не потому что она свидетель, а потому что может знать, где отец хранит ценные экземпляры!

– Звучит логично, хотя я не понимаю, зачем «Дора Заката» охотятся за дневниками твоего предка.

– Орден менталистов? За дневниками величайшего менталиста в истории? Все сходится, Райан.