Мартинес направился к главному столу, где на стуле с высокой спинкой сидел Торрено, держа в руках кружку с кофе. На одном из двух больших мониторов перед ним отображалась запись с камеры видеонаблюдения в зоне для посетителей блока. Они откалибровали углы наклона камер так, чтобы получить четкий снимок лица Рэйчел и Бейли во время их встречи. Мартинес хотел проследить за тем, как Бейли ведет себя при встрече с Рэйчел, и проанализировать язык жестов, на изучение которого он потратил всю свою карьеру.

Заключенные, которых признавали неопасными (к ним относился и Бейли, поскольку его собирались освободить) встречали своих посетителей в переоборудованной камере для неопасных заключенных на первом этаже блока. Она напоминала гигантскую львиную клетку из тех старых времен, когда в зоопарках были решетчатые вольеры. Внутри длинного прямоугольного помещения стояли круглые металлические столы, за которыми заключенные встречали своих посетителей, а охранник ходил между ними, следя за тем, чтобы не произошло ничего предосудительного.

– А вот и она, – сказал Мартинес, когда Рэйчел появилась на мониторе.

Ее задумчивое лицо заполнило первый экран, когда она села за небольшой круглый металлический стол, отведенный для встречи с Бейли. В ожидании она дергала за обрывок нитки на рубашке. Мартинес расценил это как нервный жест.

У него в кармане зазвонил мобильный телефон. Он ответил на звонок, встал и прошелся по комнате, не сводя глаз с экранов. Лицо Рэйчел было слегка повернуто, как будто она смотрела в камеру, ожидая от него поддержки. На другом экране виднелся пустой стул. Бейли все еще не пришел. Его вели из прачечной, расположенной на другом конце тюремного комплекса.

– Сейчас начнется! – воскликнул Торрено, указывая на другой монитор системы видеонаблюдения на стене. На нем отображались зернистые черно-белые кадры, на которых тюремный охранник сопровождал Теренса Бейли к столу, где его ждала Рэйчел.

Мартинес резко завершил разговор. Он перегнулся через стол так, чтобы оказаться рядом с экраном монитора. Он хотел увидеть реакцию Бейли, когда тот узнает, что встречается с Рэйчел Кролл, знаменитой ведущей, с которой он посоветовал Мэддисон связаться перед ее исчезновением.

На лице Бейли, когда Рэйчел представилась, мимолетно промелькнуло удовлетворение. Это было самодовольное выражение человека, который получил именно то, что хотел. Оно появилось и исчезло так быстро, что большинство людей не обратили бы на него внимания. Мартинес заметил. Он дал Бейли то, что тот хотел. Аудиенцию с Рэйчел Кролл. Теперь Джо оставалось только надеяться, что Бейли выложит ему все начистоту.

Мартинес проверил часы. Он сказал звонившему, что немедленно уйдет. Он резко встал и попросил у Торрено ключ от машины.

– Ты уходишь, когда начинается самое веселье? – поднял Торрено взгляд от экрана.

– Позвони мне, как только все закончится, – распорядился Мартинес, не объясняя причины своего внезапного ухода.

Торрено бросил ему ключ. Мартинес поймал его в воздухе, а затем схватил свой пиджак со спинки сиденья. Перед тем как выйти, он бросил последний взгляд на лицо Рэйчел на мониторе системы видеонаблюдения.

Глава 16

За долгие годы вонь мужского пота и застоявшейся мочи так сильно въелась в стены и бетонные полы блока камер строгого режима, что никакое щелочное мыло или отбеливатель не могли устранить этот резкий запах. Это был запах заключения. Удушливая вонь тюрьмы.

Рэйчел сразу же заметила его, как только переступила порог здания. Где-то наверху с леденящим душу лязгом захлопнулась дверь камеры. Вслед за этим раздался равномерный стук шагов.