Мартинес говорил себе, что защищает Рэйчел, потому что она была гражданской. Но, даже понимая всю лживость своего объяснения, был не готов погружаться в выяснение причин, побуждавших чрезмерно опекать ее.

«Самый страшный монстр всегда прячется у всех на виду», – сказал Бейли, перед тем как в гневе покинуть комнату.

Очевидно, это было предупреждение. А для Джо Мартинеса это была еще одна веская причина убедиться в том, что Рэйчел Кролл должна находиться как можно дальше от Теренса Бейли.

Криминалисты в белых пластиковых комбинезонах лежали на настиле из деревянных брусьев, установленном вокруг ямы, и убирали зыбучий песок маленькими совочками. Несколько членов команды искали улики в куче уже убранного ила. День предстоял чертовски длинный.

– Я хочу, чтобы отпечатки пальцев были сняты сразу же, как только вы доберетесь до рук жертвы. Немедленно отправьте их в лабораторию для сравнения с отпечатками, которые мы нашли в фургоне Мэддисон, – распорядился Мартинес.

Ему нужно было как можно скорее опознать тело, чтобы официально перевести операцию по поиску пропавшего человека в расследование убийства.

– Джо, – позвал Торрено, ответив на звонок из офиса начальника тюрьмы, – охранники нашли в камере Бейли кое-что, что может тебя заинтересовать.

Торрено показал Мартинесу фотографию карандашного наброска девочки-подростка, который Бейли нарисовал в своем скетчбуке. Его нашли во время обыска в камере, пока он дежурил в прачечной. У девочки-подростка на его рисунке были темные, торчком стоящие и очень коротко подстриженные волосы. Она пользовалась густой подводкой для глаз и черной помадой. В ушах и носу был пирсинг, а в левой брови – булавка. Готический стиль ничуть не смягчал ее простые круглые черты лица.

Вокруг ее шеи висела темная лента. С нее свисал кулон, вдавленный во впадину горла. Он был выполнен в форме змеи, переплетенной с самой собой так, что образовывал символ бесконечности. Он выглядел идентично рисунку Рэйчел, с эскизом татуировки Теренса Бейли, а также совпадал с татуировкой на руке жертвы, найденной в болоте.

– Скажи команде в Куантико, чтобы они проверили рисунок по базе данных пропавших без вести, – распорядился Мартинес. – Я хочу знать, не числится ли кто-нибудь, подходящий под описание этой девушки, в списке пропавших без вести. Если да, то я хочу знать все подробности ее исчезновения. Что, когда, где и имена всех возможных подозреваемых. Одновременно сверьте все это с известными перемещениями Бейли.12

– Почему ты думаешь, что она реальный человек? – спросил Торрено. – Может, девушка на рисунке – плод воображения Бейли?

– Сомневаюсь, – сказал Мартинес. – Рисунок слишком специфичен, чтобы выдумать его на ходу. Эта девушка явно реальна. Думаю, она вполне может быть еще одной жертвой Бейли. Это может стать прорывом в деле.

– Ты думаешь, этот набросок поможет нам найти Мэддисон? – спросил Торрено.

– Нет, – ответил Мартинес. – Он не поможет в расследовании дела Мэддисон Логан, но может спасти другие жизни.

Он объяснил, что если им удастся доказать, что девушка-гот на фотороботе Бейли – реальный человек, пропавший до того, как Бейли попал в тюрьму, и они смогут связать его с ее исчезновением, то, возможно, им удастся удержать Бейли за решеткой на основании новых обвинений.

У Мартинеса сжались челюсти при воспоминании о леденящей душу улыбке, которая расплылась по лицу Бейли, когда он сидел перед Рэйчел Кролл в тюрьме.

– Теренс Бейли не остановится, пока не удовлетворит свою жажду крови. По моему опыту, такой человек никогда не насытится, – сказал Мартинес. – Честно говоря, мысль о том, что Теренс Бейли окажется на свободе, пугает меня до смерти.

Глава 22

– Вы Рэйчел Кролл?

Адам Дервент ничуть не походил на адвоката.