— Да, — ответил Константин, поднимаясь по лестнице. — И сдается мне, что у него есть план, который касается нас обоих. И цена у этого плана примерно одинаковая — возможность быть с теми, кого мы любим.

— Я так понимаю, ты знаешь, о чем пойдет речь?

— Догадываюсь, — уклончиво ответил Воронцов. — Нам предстоит еще совместное дело.

Гвардейцы, стоящие на часах, распахнули двери «большого» кабинета. Да, название советовало, довольно приличных размеров зал, метров десять на десять, стол буквой «Т», очередные книжные шкафы, какое-то оружие на стенах

— А вам что тут нужно? — жестко поинтересовался глава рода, глядя на Анну с Юлией.

Анна смешалась, все же она была боярышней до мозга костей, и подчинение старшему в роду было в приоритете. А вот Юлия молча прошла к столу и уселась напротив отца.

— Я здесь, Николай Олегович, по праву рождения. Я Рысева, и сейчас тут решается судьба моего жениха, а значит, и моя собственная, и я имею право приять в этом участие.

Воронцов мысленно рассмеялся. Да, наверное, все же зря он слишком много рассказывал боярышне о своем родном мире.

С лица Анны неожиданно слетела растерянность, она решительно направилась к столу и села через стул от сестры, оставляя место для Радима.

«Шок — это по-нашему», — усмехнулся про себя Константин и занял свое место, положил свою ладонь поверх руки Юлии и тихонько сжал пальцы, за что получил в ответ полную света улыбку.

Радим, секунду помедлив, поступил так же.

Николай Олегович от выходки внучек дар речи потерял. С минуту он сверлил, их злым взглядом, надеясь, что они поддадутся и уйдут, но те его мужественно игнорировали, хотя пальцы Юлии под рукой Воронцова слегка нервно подрагивали.

— Ладно, оставайтесь, но рта не открывать, — поняв, что пауза затянулась до неприличия, произнес он. Потом стрельнул взглядом на Константина и Радима. — Рад видеть вас, боярин, граф, — вежливый полупоклон гостям, после чего снова занял свое место. — Нам есть, что обсудить, — продолжил он, потом посмотрел на Воронцова. — Начнем с того, что касается Константина Андреевича косвенно. Я ознакомился с содержанием конверта. В принципе, все это выполнимо, нет никаких неразрешимых требований. Но это нуждается схода всех глав боярских родов. Он состоится через месяц в Астре. Да, у нас есть такие возможности. Кстати, последний сход был полтора года назад, когда пресекся род Воронцовых, и на наши плечи легла дополнительная тяжесть. Надеюсь, боярин, вам не нужно объяснять, почему я тяну со встречей, и назначил ее только через три недели?

— Не нужно, — покачал головой Воронцов. — Вы ожидаете, что к этому времени я верну себе усадьбу, проведу инициацию и буду полноправно на сходе представлять пятнадцатый боярский род.

— Все верно, — согласился с его выводом Николай Олегович. — Теперь о деле. У вас есть месяц на то, чтобы вернуть свои вотчины. Сейчас там безвластие, аристократы, разделившие земли вашего батюшки, потеряли на них права, как только было объявлено о возрождении рода Воронцовых. Тем более они делили эти земли незаконно, только князь мог разделить земли боярина и отдать их кому-то другому. Но князя нет. И это еще одна причина, по которой вы, боярин, должны вернуть свое родовое гнездо. Там, в сокровищнице, древнейший артефакт, созданный богами, которые оберегали землю росскую. Андрей Александрович Воронцов, ваш батюшка, не успел его передать, а он важен для всей земли и всех родов. Это вторая ваша цель. И даже самая важная, просто никто кроме вас не может войти в родовую сокровищницу.

— Что это за артефакт и почему он так важен?

— Это одна из причин, почему у нас до сих пор нет князя, — тяжело вздохнул старый ведун. — Бояре не выбирают князей, только этот артефакт укажет на достойного и призовет его на служение земле росской.