Я согласился.

Я, Темный Лорд Кассиан, согласился пойти на их жалкий, провинциальный праздник. Это была очередная, скучная и раздражающая обязанность. Еще одна цена, которую я должен был заплатить за свой покой.

* * *

День Города. Центральная площадь.

Площадь гудела, как никогда раньше. За последние десять лет День Города превратился в унылое, формальное мероприятие, на которое сгоняли бюджетников для массовки, но сегодня все было иначе. Площадь была забита до отказа. Воздух был наполнен запахом жареного мяса, сладкой ваты и, что самое главное, — запахом денег и надежды.

— Гляди, Петрович, народу-то сколько! — говорил один пожилой рабочий другому, протискиваясь сквозь толпу. — Я такого с детства не помню.

— А чего ты хотел, Иваныч? — отвечал Петрович, с гордостью оглядываясь по сторонам. — Раньше у нас что было? Завод закрыли, шахты затопили. Одна таверна на весь город, и та в долг наливала. А теперь? У меня сын в «Ворон Групп» устроился, зарплата — как у министра! Внучка в новой оружейной лавке работает. Жизнь-то налаживается!

— И все благодаря ему… — прошептал Иваныч, его взгляд был устремлен на пустующую пока главную трибуну.

Этот шепот, казалось, витал над всей площадью. Люди обсуждали его. Своего нового, странного, пугающего и невероятно щедрого «Хозяина». Они пересказывали друг другу слухи, которые уже превратились в легенды.

— А говорят, он монстра того, что у леса вылез, одним щелчком пальцев в пыль стер! — делился с друзьями молодой Охотник.

— Врешь! — не верил один.

— Не вру! Мне Влад из «Грифонов» рассказывал! Они там были, сами видели!

— А мой кум на стройке у него работает, — вставила слово торговка с соседнего ряда. — Говорит, он там чудеса творит. Стены сами растут, инструменты по воздуху летают. Говорит, он не человек, а демон какой-то.

— Да пусть хоть сам дьявол! — махнул рукой Петрович. — Лишь бы продолжал городу так помогать! Так что для меня он — святой

Они боялись его, не понимали его, но они были ему благодарны. Воронов был для них грозной, непостижимой, но справедливой силой, которая вытащила их город из болота уныния и нищеты. И сейчас они все ждали его появления.

Внезапно по толпе пронесся взволнованный гул. К трибуне подъехал длинный, бесшумный черный автомобиль. Мэр города, стоявший на сцене, засуетился и поправил свой галстук. Музыка стала громче.

Он приехал.

* * *

Кассиан

День Города. Я ненавидел его еще до того, как туда приехал.

Центральная площадь была заполнена галдящей, жующей, смеющейся толпой. Снова играла какая-то бравурная, отвратительная музыка. Воздух был пропитан запахом жареного мяса, дешевого пива и человеческого пота. Идеальный коктейль для головной боли. Я прибыл в сопровождении Глеба, который был моим невозмутимым телохранителем, и Алины, которая исполняла роль моего, так сказать, «пресс-секретаря».

В тот момент, когда мой черный «Аурелиус» остановился у трибуны, толпа взорвалась.

— Воронов! Воронов! — скандировали они.

Овации, восторженные крики, люди, машущие мне руками. Они смотрели на меня, как на божество, сошедшее с небес. Они искренне, по-детски, были благодарны мне за то, что в их городе появилась работа, а в их карманах — деньги. Наивные. Они даже не подозревали, что их процветание — лишь побочный эффект моего эгоистичного стремления к покою.

«Вы пользуетесь популярностью, Ваше Темнейшество, — прозвенел рядом со мной голос феи. — Возможно, вам стоит основать свой культ. „Культ Уставшего Бога“. Звучит неплохо».