— Но есть кое-что важнее их денег, — вмешался директор по исследованиям. — Технологии этого Воронова. Его «Стражи», их экипировка, транспорт — это технологии, опережающие время на десятилетия.

Соколов кивнул:

— Начать полный анализ всего, что связано с его военным потенциалом. Если мы сможем воспроизвести хотя бы часть его разработок…

Несмотря на различие в методах, оба клана пришли к одному выводу: Калев Воронов представлял собой не врага или союзника, а стихийное бедствие, которое расчистило им путь к вершине власти. Их задача была не атаковать его, а максимально эффективно использовать созданный им хаос в своих интересах.

В такие времена всегда находились те, кто хотел нажиться на происходящем. Но также находились и те, кто пытался спастись от нахлынувшей лавины…

* * *

В одном роскошном кабинете Министерства Инфраструктуры царила паника. Василий Крамов, глава ведомства, лихорадочно перебирал документы на своем столе, отделяя те, что можно было уничтожить, от тех, исчезновение которых вызовет подозрения.

Его карьера и богатство были построены на откатах от строительных монополий Виктора Медведева. Каждый крупный государственный контракт проходил через его стол, и с каждого он получал свою долю. Теперь его проекты были заморожены, теневой доход исчез, а самого его ждали неминуемые проверки.

— Все контракты с 20ХХ года сжечь, — бормотал он, складывая папки в кучу. — Переписку с Медведевым уничтожить. Банковские выписки… нет, их уже поздно прятать.

* * *

В другом крыле правительственного комплекса похожая сцена разворачивалась в кабинете Главы Имперской Энергетической Комиссии. Анатолий Светлов был марионеткой Патриарха Волконского уже больше десяти лет, безоговорочно штампуя любые нужные ему указы и разрешения.

— Где указ о льготах для ТЭЦ «Северная»? — спрашивал он у секретаря. — И постановление о монополии на газоснабжение южных регионов?

— Сэр, они в архиве…

— Убрать оттуда! Немедленно! Пусть «потеряются» в документообороте, — Светлов вытирал пот со лба. Без покровителя он остался голым перед бурей, которая неминуемо надвигалась.

* * *

Но самую отчаянную панику испытывал заместитель главы Информационного Департамента Игорь Рыбкин. Он был главным «кротом» Елены Змеевой в правительстве, передавая ей секретную информацию и формируя нужную ей информационную повестку.

— Билеты на первый рейс в Валенсию, — говорил он по телефону туристическому агентству. — Да, на завтра утром. Неважно, сколько это стоит.

Он понимал, что его могут сдать в любой момент. Возможно, Змеева уже готовила список своих агентов для передачи властям в качестве жеста доброй воли.

* * *

Примерно такая ситуация обстояла в верхних эшелонах власти. И самое поразительное, что могло бы показаться другим — ни один из этих коррумпированных чиновников даже не помышлял о мести виновнику всего этого — Калеву Воронову. Их единственной мыслью было — как бы спасти свою шкуру. И для этого они делали единственное, что умели, — искали нового сильного покровителя.

Крамов первым решился на отчаянный шаг. Через анонимные каналы он отправил в «Эдем» дорогие подарки — редкие сорта семян и образцы элитных удобрений. Вместе с ними шло письмо, в котором он «восхищался дальновидностью и мудростью господина Воронова» и предлагал свои услуги по координации любых инфраструктурных проектов.

Светлов выбрал другую тактику — он начал сливать компрометирующую информацию на своих бывших хозяев.