— Так точно, господин Премьер.

Дементьев вышел, и Орлов позволил себе на секунду прикрыть глаза.

Отличное начало переговоров, — подумал он устало. — Просто блестящее.

Двери кабинета распахнулись, и Орлов невольно выпрямился.

Воронов спокойно вошёл первым, без малейших следов недавнего инцидента на лице. Аура, которая минуту назад заставляла задыхаться, была спрятана, но Орлов всё равно чувствовал её присутствие. Давление, которое исходило от этого человека, не имело ничего общего с магией. Это было что-то другое, более фундаментальное и опасное.

За ним вошёл телохранитель — широкоплечий тип с каменным лицом и глазами профессионального убийцы. Потом смутно знакомая женщина в строгом костюме, но с красивая хищной, опасной красотой, которая окинула кабинет взглядом разочарованного охотника. Судя по её выражению, она будто надеялась на драку и была недовольна, что веселье отменили.

Последним протиснулся сутулый мужчина с бегающими глазами и в мятом пиджаке. Ректор того самого техникума, догадался Орлов. Жертва и одновременно причина всего этого бардака.

Воронов остановился посреди кабинета и посмотрел на Орлова. Посмотрел, как смотрят на мебель или на пейзаж за окном. Констатация присутствия, не более.

Орлов выдержал этот взгляд.

— Господин Воронов, — он кивнул, стараясь сохранять нейтральный тон. — Благодарю, что согласились на разговор. Оставьте нас, — это уже относилось к остальным. — Нам нужно поговорить наедине.

Телохранитель Воронова вопросительно посмотрел на своего господина. Тот едва заметно кивнул, и охранник направился к двери, увлекая за собой ректора. Дементьев и его люди тоже потянулись к выходу — молча, стараясь не привлекать внимания после недавнего провала.

Женщина задержалась на секунду, бросив на Воронова взгляд, полный невысказанных обещаний, потом пожала плечами и вышла следом. Дверь за ней закрылась с мягким щелчком.

В кабинете остались трое: Орлов, Воронов и Гужевой.

Странным образом мэр по-прежнему стоял у стены, будто считал, что имеет право присутствовать при разговоре. В его глазах читалась нелепая надежда: может быть, Премьер вступится за него перед этим страшным человеком? Или может быть, всё ещё обойдётся?

— Тебе нужно особое приглашение? — посмотрел он на него.

Гужевой моргнул, не понимая.

— Но… Виктор Сергеевич… это же мой каби…

— Вон.

Гужевой открыл рот. Закрыл. И снова открыл.

Посмотрел на Воронова, но тот даже не повернул головы в его сторону, словно мэр был пустым местом. Посмотрел на Орлова, и увидел в его глазах обещание, данное несколько минут назад.

Следом он выскочил из кабинета так быстро, словно за ним гнались собаки.

Дверь хлопнула и повисла тишина.

Наконец Орлов и Воронов остались одни.

Орлов выпрямился, готовясь к тому, что должно было последовать.

Он провёл в политике достаточно долго, чтобы знать, как работают такие встречи. Сейчас начнётся словесная дуэль — осторожное прощупывание позиций, обмен завуалированными угрозами и скрытыми обещаниями. Воронов сядет напротив, скрестит руки на груди и начнёт выдвигать требования: компенсации за нападение на техникум, гарантии невмешательства в его дела и возможно, территориальные уступки или особый статус — стандартный набор победителя, который поймал противника на ошибке и теперь намерен выжать из ситуации максимум.

Орлов уже прокручивал в голове возможные ответы, искал точки давления, готовил контраргументы.

И Воронов наконец начал действовать…

…просто пройдя мимо него, словно он пустое место.

Просто прошёл к столу Гужевого, тому самому столу с креслом из крокодиловой кожи и дорогими безделушками, и остановился перед горшком с растением.