Я удивлённо взглянул на Ивана. Сеченов выглядел подавленным, встревоженным. Такой физиономии на его лице не было даже вчера, когда нам угрожали некротические бобры.

— С чего ты это взял? — спросил я.

— Он ведь прибыл в наш район, потому что того потребовала клятва лекаря. Помнишь? — сказал Иван. — Я думаю, что он нашёл верховного некроманта. Либо некромант нашёл его. Так или иначе, победителем из этой схватки он не вышел.

— Если бы нечто подобное случилось, Гигея и Подалирий сообщили бы, что Махаон лишился избранника. Уверен, они бы это почувствовали, — сказал я.

— Ты прав, Алексей, — послышался в моей голове голос Гигеи. — Махаон в полном порядке. И я до сих пор чувствую, что он связан со своим избранником. Но трактовать это можно по-разному. Возможно, Сеченов прав, хоть и частично. Павлова могли взять в плен, изувечить, но сохранить ему жизнь, чтобы мы ничего не заподозрили.

Разумное умозаключение. Хоть у нас с Павловым знакомство вышло, мягко говоря, так себе, я всё равно не хотел бы, чтобы он попал в руки некроманта. Одно дело жёсткая и даже нечестная конкуренция, а другое дело — абсолютное зло, которое угрожает своими действиями невинным людям и миру в целом.

— Павлов даст о себе знать, если он ещё жив, — сказал я. — Вряд ли он заставит нас долго ждать. Если же его взяли в заложники… Что ж, в таком случае прямо сейчас мы сделаем всё, чтобы его освободить. После завода сразу же рванём в тот дом, о котором нам рассказал Кузьма Федоткин.

— И ещё не помешает проверить оставшихся двух долгожителей, — напомнил Сеченов. — Возможно, они и не имеют ничего общего с нашим врагом. Но наверняка им известно о нём хоть что-нибудь, раз они тоже жили в самый расцвет сил верховного некроманта.

Рассуждая на эту тему, мы добрались до завода, и ещё даже не успев зайти внутрь я услышал крики Ильи Синицына.

— Бардак! — вопил Синицын. — Почему до сих пор не готова новая партия? От вас требуется только крутить центрифуги. Всю остальную работу делают кристаллы. Давайте, ребята! Не ленимся!

— Илья! — позвал Синицына я. — Что тут происходит?

Мне не понравилась его интонация. Такое впечатление, будто он разговаривает с рабочими свысока. А у нас на заводе совсем другие взаимоотношения. Да, мы по рангу находимся гораздо выше простых работяг. Но это вовсе не означает, что мы должны относиться к ним, как к рабам.

— А что не так? — пожал плечами Илья. — Чем быстрее наши сотрудники выполнят свою работу, тем лучше. Меня совершенно не устраивает, что они отлынивают от своих обязанностей. Что от них требуется? Просто крутить эти чёртовы центрифуги! А они даже с этим справиться не могут!

— Илья! — процедил сквозь зубы я. — Пойдём поговорим. В моём кабинете. Вдвоём. Хорошо?

— Ну… — нахмурился он. — Ладно. Без проблем.

— Иван, последи за работой в цехах, хорошо? — попросил Сеченова я. — Мы скоро вернёмся.

Иван кивнул и принялся совершать обход по заводу, а мы с Синицыным тем временем переместились в мой кабинет. Прежде чем закрыть дверь, я убедился, что нас никто не подслушивает, и лишь после этого приступил к разговору с Ильёй.

— Ты понимаешь, что ты делаешь? — спросил я.

— Руковожу заводом, как ты и просил, — в очередной раз пожал плечами он. — А что тебя не устраивает?

— Ты распугаешь всех рабочих таким подходом. Они нам — не рабы. Это обычные люди, которые делают то, что умеют. Им нужно кормить себя и семью.