— Откуда такие познания в порталах, молодой человек? — прищурился Разумовский.

— Пфф, ты помнишь, чей он внук? — фыркнул Император совсем не по-императорски. — Артефакторы же в каком-то там сумасшедшем поколении.

— У нашего рода специфическая библиотека, — подтвердил я. — И хотя строить порталы мы, к сожалению, не умеем, понимание, как это могло бы работать, у меня имеется.

— Он перреключает прроход, — добавила вдруг Ариэль. — Не открыфает вторрой, а меняет!

— Точно! — я хлопнул себя по лбу, и поспешил объяснить Императору сделанный принцессой вывод. — Мы заходили с Ариэль в тот разлом, где её поймали. Она узнала место, там в песках очень характерный скелет лежал. Но когда её схватили, выхода там не было.

— Всё это, конечно, интересно, но давайте вернёмся к нашим… — Император глянул на рожки Ариэль и проглотил смешок, — гостьям. Количество жертвоприношений постоянно растёт, ещё и на соседей охоту открыли. Стало не хватать своих одарённых? У бога-солнца растут аппетиты?

И тут меня как пыльным мешком по голове стукнуло.

Я ведь уже встречал такое. В иных мирах, в иное время. Неназываемый и его эмиссары — вот кто умеет использовать энергию сжигаемых душ. Вот кто любит такое — массовые жертвоприношения, когда тысячи, десятки тысяч разумных идут на убой, а их бесценные души — на корм этого ненасытного чудовища, причисляющего себя к богам.

Но если эмиссары Неназываемого здесь… я почувствовал бы скверну. Они же ею просто воняют. А от жреца… пованивало, конечно, но не скверной. Точно не скверной.

А впрочем, эмиссара ли я видел перед собой. Может, это просто один из многочисленных помощников, кто искренен в своей вере, что служит во славу своего бога-солнца?

— Артём? — Дмитрий Михайлович щёлкнул пальцами в воздухе.

— Прошу простить, Ваше Величество, — я встряхнул головой. — Но, боюсь, вы можете оказаться правы. Только лучше бы вам ошибиться.

Император перестал улыбаться.

— В старых летописях упоминаются тёмные боги, что пожирают целые миры в ненасытной алчности… — очень тихо проговорил он. — Ты полагаешь, это может быть… оно?

В этот момент от него пошла такая волна силы, что даже Фирсов с Разумовским присели, а воздух в кабинете задрожал и начал ощутимо нагреваться. Фирсов, как более чувствительный, всё же сканер, начал задыхаться, и только мы с Ариэль сидели спокойно. Её от такого защищают татуировки, ну а меня аурой не задавить, я и сам могу давануть так, что мало не покажется.

Пискнул браслет на руке у Императора, показав сердечко и какое-то трёхзначное число. Ха, да он с фитнес-браслетом ходит! Который, видимо, предупреждает о слишком высоком пульсе. Теперь понятно, почему мы встретились в таком безлюдном месте! Мало ли, а вдруг мы бы оказались подосланными убийцами — и тогда здесь мог бы внезапно образоваться действующий вулкан.

Дмитрий Михайлович взглянул на браслет, вдохнул, выдохнул, и давление исчезло.

— Не могу знать, Ваше Императорское Величество, — ответил я на его вопрос, как ни в чём не бывало. — Но я сделаю всё от меня зависящее, чтобы разобраться!

Может статься так, что это и есть моя основная миссия в этом мире. Кодекс хоть и неразговорчив, но чтобы его трактовать, слова не нужны.

— Я с ним, — очень просто добавила Ариэль.

— Хорошо, — Император переглянулся с Разумовским и Фирсовым. — Что вы планируете делать, если инферны станут резидентами Российской Империи?

— Вернёмся и добьёмся остановки этого конвейера смерти — раз. Разыщем тех, кто жив и до сих пор находится в рабстве — два. Найдём способ отправить всех домой — три, — перечислил я.