Зато Чип оторвался на полную катушку.

В тепличных условиях, я неплохо прокачал рыжего психопата. Это было похоже на многопользовательскую игру, в которой нубас под пристальным присмотром топа устраивал кровавую баню в низкоуровневой локации.

Ещё немножечко, — ещё чуть-чуть, — и Чипа можно будет брать с собой в серьёзные замесы. Вооружить получше и вперёд. Один минус — размеры белкуса. Как ни крути, а слишком большая хтонь ему не по зубам.

Итак, почти всю неделю я провёл в праведных трудах, ну а последний день готовился. Стригся, брился, подгонял костюм, — за время пребывания в Арапахо я порядочно раздался в плечах, — и морально готовил Ариэль.

— Принцесса, вы прекрасны, — прокомментировал Патриарх, впервые увидев рогатую в платье. — Ну что, все готовы?

На мой взгляд меры безопасности были недостаточны. Присланный за нами лимузин безо всякой проверки въехал на территорию Кремля, — охране хватило того, что водитель приоткрыл окно и назвал имена своих пассажиров. Затем мы так же, без остановки на досмотр, просто подкатили ко входу во дворец. Дружелюбный лакей открыл нам двери и указал на вход.

Что ж…

Буду думать, что на наш счёт у охраны были особые указания. А ещё буду думать, что на крышах сидят снайперы, а каждый второй гость на приёме — переодетый шпик, а за Императором неусыпно следит свита из барьерщиков и менталистов. Потому что в противном случае добраться до него слишком легко.

Да, на свою голову, но всё равно…

— Ариэль, — я галантно предложил своей даме руку, и она галантно эту руку приняла.

— Благодарю вас.

На сегодняшний вечер мы с принцессы перешли на «вы», как того требовал этикет.

Вверх по ступеням, в аванзал и через высоченные двери, в Георгиевский зал Большого Кремлёвского Дворца.

Не то чтобы я всю прошлую жизнь жил во дворцах, но бывать приходилось. И этот — далеко не самый большой и величественный. И тем не менее, впечатление на меня и дворец в целом, и конкретный зал произвели.

Потолок в вышине не теряется, но на него приятно смотреть. Ослепительно-белый и с золотом, без пошлой росписи; я бы даже сказал «строгий». Стены такие же белые, а на полу блестящий лакированный мозаичный паркет — вообще отдельное произведение искусства. Множество светильников, от небольших, подсвечивающих колонны, до огромных люстр, свисающих с потолка, — всё вместе производит впечатление огромного наполненного светом пространства.

В котором к нашему приходу собралось просто неприлично огромное количество аристократов. И всё равно просторный зал не выглядел не то что переполненным — даже заполненным.

В просторных нишах между массивных колонн расположились столики с лёгкими перекусами, сновали официанты и официантки, разнося напитки. Но вот присесть было негде. Кроме, конечно же, императорского трона, расположившегося в дальнем от входа конце зала на возвышении. Точнее, два трона — императора и императрицы. Сейчас они пустовали, императорская чета ещё не озарила собравшихся своим присутствием.

Ну а мы отправились «на проходку». Да, дед редко бывал в Кремле и на дела страны влиял откровенно никак, но ввиду специфики деятельности нашего рода, его знали очень многие. А уж бабу Шуру и вовсе знали, кажется, вообще все, во всяком случае, дамы. Графини, княгини — у всех бабушка вызывала радостную улыбку своим появлением.

И с каждым нужно было поздороваться. Притом не: «Чо, как?» — а со всеми формальностями и соблюдением правил этикета.

Плюс с каждым нужно было обмолвиться парой фраз. Плюс каждому нужно было представить меня. Плюс у каждого просыпалось любопытство насчёт Ариэль, которую дед представлял просто моей спутницей, без объяснений, и это любопытство стоило как можно скорее потушить, да притом максимально вежливо.