— Вот оно что! А я-то думаю, почему на улицах так пусто! Что ж, значит, можно не церемониться. Всех, кто на улице — в расход!

— Хочешь устроить небольшой переполох? — прищурился граф.

— О-о-о не-е-ет! — протянул я и щёлкнул пальцами, разминая их, как перед дракой. — Я хочу устроить большой переполох! Как говорится, на все деньги!

— Отлично, я в деле! — не разочаровал меня Фирсов.

— Понимаю, граф, но не в этот раз, — улыбнулся я. — У меня приказ Его Величества доставить вас в целости и сохранности. Вы слишком ценны для Империи, так что простите, придётся вам подождать в безопасном месте.

— Ты не можешь мне приказывать! — возмутился он.

— Вообще-то могу, Василий Фёдорович, — пожал я плечами. — Это моя операция. Как вы относитесь к полётам на вивернах?

ㅤ

Сплавив Фирсова, от которого толку в любом случае немного, я принялся думать. В принципе, можно было бы лосём промчаться по всей тюрьме, вырубить неугодных и выпустить угодных — тем более, все угодные только тут и сидят.

Но!

У меня есть целый город… нет, не так. У меня тут здоровенный и охренительный по красоте своей портовый городище, который в данный момент представляет собой пустую съёмочную площадку для хорошего такого, крепкого боевика.

Время замерло!

Творится история…

Все, кто на улице — подлежат истреблению, говно и коллаборационисты. Все, кто не на улице — угнетённый народ, который только и ждёт, чтобы кто-нибудь вроде меня снял с него гнёт. И потому-то выпустить верных Голицыну аристократов и перемешать мух с котлетами — плохая затея. Спасибо япошкам, они потрудились отделить одних от других.

А мне нужен простор!

Размах!

Не побоюсь этого слова: эпик!

С другой стороны, не оставлять же аристократов в тюрьме?

Отправив Лаву с Фирсовым в безопасное место за границей города, сам я остался на тюремной крыше. Проводил графа и виверну взглядом, рукой махнул, а затем призвал верных паучков.

«Вырубите по команде всех, кто в проходах, — я передал образ коридоров, надзирателей в форме и с оружием. — А всех, кто заперт — не трогайте».

Отдельная задача ждала пауков покрупнее, в основном боевых.

«Найдите всю электронику, и по той же команде уничтожьте!»

Так, ещё штришок и можно уходить.

Спустившись на этаж администрации тюрьмы, я нашёл то, что искал. Пульт с микрофоном. Громкая связь.

— ВКЛЮЧИ ГРОМКУЮ СВЯЗЬ НА ВСЮ ТЮРЬМУ, — приказал я оператору, не выходя из теней.

Приказ тощий пацан-японец выполнил незамедлительно, хоть и не без труда — похоже, просто новенький, и сам ещё путается. Однако лампочка на пульте вполне однозначно подтвердила, что он всё сделал правильно. После чего я милосердно его вырубил, ударом головой об этот самый пульт. Ибо нехер.

— Господа, и возможно дамы, простите, состав задержанных не выяснял! — наклонился я к микрофону, и услышал, как мой голос разносится по всей тюрьме. — Империя вас не забыла, а Император по достоинству оценит вашу верность. Распорядитесь свободой с умом!

С этими словами я дал отмашку паучкам.

По тюрьме прокатился шелест электрических разрядов, стоны боли, а вскоре и погас свет, осталось только дежурное артефактное освещение. Да, блокираторы магии тоже артефактные, но работают они только в камерах. Даже если кто-то в наручниках подавляющих сидит — выберутся.

Но самое главное — выбраться из обесточенной и никем не охраняемой тюрьмы у её узников всё равно займёт некоторое время. Которого мне вполне хватит для задуманного.

А здесь мне больше делать нечего.

ㅤ

Я расположился в небольшом сквере поблизости.