— Твою-то мать, — прошептал Бобруев и попятился.

— Прикырвай нас, Иван! — послышалось где-то позади. — Это прикас!

Обернувшись, Бобруев понял, что его раскосые сослуживцы уже притопили со всех ног подальше от проспекта.

Рация на его поясе вдруг ожила. Хрипы и крики сразу на двух языках то и дело резко обрывались. Иногда сменялись нечленораздельным визгом от боли и ужаса. Паника… смятение… и так по всему городу…

— Тихо-тихо-тихо, — сказал Антон, осторожно вытянул руки вперёд и шагнул монстрам навстречу. — Хорошие пёсики.

Однако пёсики не были хорошими.

С другой стороны, Антон Бобруев погиб, будучи баронским сыном. Гордо, в бою, защищая Империю. Ну а какую Империю — мертвецу уже не важно…

ㅤ

* * *

ㅤ

Григорий Афанасьевич вышагивал по кабинету взад-вперёд и очень сильно негодовал. Да, он был самым главным человеком в городе… да чего уж там? Он был самым главным человеком в регионе!

Однако почему-то не мог ни понять, ни разобраться в том, что происходит.

Никто не отчитывался о происходящем, никто не ставил его в известность, никто не советовался о том, как поступить. На него в этом море панических радиосообщений вообще не обращали никакого внимания. Не замечали. И более того, все его приказы игнорировали напрочь.

А один из его собственных ставленников, — друг детства, приехавший вместе с ним из Москвы и по совместительству новоиспечённый генерал, — так вообще нагрубил.

Люберецкий ему:

— Что происходит?

А тот ему:

— Пошёл нах*й! — и вызов сбросил.

Это что же такое? Это как же так? Губернатора Приморья, и сразу нах*й, без «привета» даже⁉

— Укрыться в здании! — с изрядной периодичностью звучало среди криков и помех из рации. — Всем укрыться под крышей, туда они не лезут!

— Ага, — кивнул Григорий Афанасьевич и подошёл к окну.

Монструозное море уже бушевало на близлежащих улицах, как будто стекаясь к его резиденции. Но… действительно! Бушевало оно очень аккуратно, даже ни один дорожный знак не пострадал.

Люберецкий от такой картины аж выдохнул.

— В безопасности, — бросил он через плечо сыну. — Пока мы здесь, мы в безопасности. Твари почему-то не лезут в дома…

И буквально в следующую секунду окно, в которое он смотрел, разбилось вдребезги, отбросив успевшего рефлекторно выставить щит князя вглубь комнаты. И теперь огромная хищная морда тираннозавра смотрела на князя в упор, так что он мог ощутить горячее дыхание зверя.

— Чип-чип! — посреди комнаты вдруг появилась лоснящаяся чернотой псина с огромной белкой на спине.

А на шее ящера появилась мужская фигура. Люберецкий даже не удивился, когда молодым мужчиной оказался прекрасно знакомый ему Артём Чернов. Не удивился, но вздрогнул всем телом.

— Привет-привет! — соскочив внутрь кабинета, Чернов помахал белке рукой.

После чего повернулся к замершим у стены Люберецким.

— Конничива, ёптить!

Глава 14

Ко́шаку

«Хайзяя, я тебя уже вижу!» — ворвался в мою голову радостный вопль Чипа.

Сам я Чипа тоже видел, комбинируя астральное и теневое зрение. А рядом с ним — двоих одарённых.

«Отлично. Ты же сейчас рядом с Люберецким?»

«Да-да, хайзяя! Зуб даваю, это точно он! Разговоры разговаривает, важный курица, а я подслушиваю!»

«Ну всё, сейчас буду! Отойди немного от окна…»

— Ярик, вон, видишь впереди, на втором этаже, фигура в окне? — спросил я у Ярозавра.