– Что, подловил? – хмыкнул он.

– Господи, чувак… – Сердце у меня билось так быстро, что было трудно произносить слова. – Что ты, блин, творишь?

– Просто прикалываюсь.

Но беспечность в голосе не добралась до его глаз. Отвернувшись, он прицелился в одно из деревьев. Я сглотнул, пытаясь успокоиться.

Если б его рука тогда сорвалась, он наверняка меня убил бы.

«Надо что-то делать».

Так и подмывало что-то предпринять, но рогатка была по-прежнему у него. И Билли теперь придвинулся ближе, принявшись тыкать острием ножа в соседнее дерево. Как если бы пытаясь не заколоть его, а лишь помучить из пустого любопытства, с ничего не выражающим лицом.

«Я больше не знаю этих людей».

– Гудболд, – произнес Чарли.

И выстрелил. Камешек промелькнул слишком быстро, чтобы проследить его траекторию, но неподалеку послышался жуткий треск, и, посмотрев туда, я действительно на миг увидел Гудболда, стоящего там, – один глаз наливается красным, череп над ухом разлетается в пыль. Потом это опять стало просто деревом. Выстрел Чарли вырвал кусок коры примерно на высоте человеческой головы.

– В самый лобешник, – сказал он.

Я помотал головой – то ли выражая несогласие, то ли чтобы просто стряхнуть наваждение, вызванное его словами.

– Не в лобешник, – возразил я. – Скорее в глаз.

– В глаз так в глаз. Все равно прямо ему в мозги – или что там у него за них сходит. Ты следующий, Джеймс.

Чарли протянул ему рогатку, и Джеймс нерешительно взял ее, шаря взглядом по земле в поисках камешка. Найдя подходящий, он вложил его в резинку и встал, широко расставив ноги и неуклюже целясь в то же самое дерево, в которое стрелял Чарли.

– Чуть левее, – подсказал тот.

Обращение с оружием не было для Джеймса чем-то естественным. Было ясно, что он уже приготовился промазать – точно так же, как это происходило с ним на спортплощадке. Пока он целился, Чарли тронул его за руку, мягко направляя его.

– Еще чуть-чуть.

А потом уже практически шепотом:

– И чуть выше. Вот так. А теперь – видишь там Гудболда?

Один глаз у Джемса был закрыт, вид сосредоточенный.

– Да.

– Тогда давай.

Джеймс отпустил резинку, но слегка придержал ее в последний момент. Камешек улетел куда-то в кусты, и он опустил рогатку с удрученным выражением на лице.

– Просто нужно потренироваться, – сказал Чарли. – Давай еще разок.

Джеймс вложил в резинку еще один камешек.

– Жаль, что нельзя сделать это с ним в реальной жизни.

– Обязательно сделаем.

На несколько секунд время на поляне воцарилась тишина, не считая размеренных тычков Билли в дерево. Я бросил взгляд на Чарли. Уверенность, что звучала в его голосе, зеркально отображалась у него на лице. Вид у него был совершенно спокойный. И совершено серьезный.

– В каком это смысле? – спросил я. С кем-нибудь другим я принял бы это за пустую похвальбу, но Чарли редко что-нибудь предлагал, не намереваясь это выполнить.

Он посмотрел на меня, после чего размеренно произнес:

– Мы в натуре убьем его.

– Я не… я не думаю, что нам следует это делать.

– Почему нет? Этот мужик – жлоб и бычара. И еще педофил.

– Что-то я сомневаюсь, что он педофил.