Эх, если бы проблема была в горшках! Теперь начиналось самое сложное. Да, людей мы спасли, но уходить отсюда, не закончив дело, категорически нельзя: последствия будут такими, что даже представить страшно. Но как же не хочется гоняться за перквизиторами по ущельям с риском в любой миг нарваться на пулю! Они здесь хозяева, а у нас, по сути, сброд, к тому же хватает раненых.

– Держи.

– Что это? – повертел Карпышев в пальцах завернутый в кусочек полиэтилена порошок зелено-ржавого цвета.

– Тот самый вядель. Помнишь, я о нем рассказывал? Чтобы инфекции не случилось. На три порции разделишь, водой разведешь и выпьешь с интервалом в пару часов. Предупреждаю сразу – посуду после него останется только выкинуть: что потом в нее ни нальешь, обязательно будет горчить, причем навсегда. Да и сам он далеко не сладкий. Но обязательно поможет. Ладно, пошли, устроим совещание. Возможно, всем вместе удастся решить, что нам делать дальше.

По дороге нам попался отважный лазутчик Виталик. После того как выяснилось, что перквизиторы куда-то ушли, ценность его подвига значительно нивелировалась. Но ведь никто не знал того факта, что он мог бы отправиться к Карпышеву и прогулочным шагом. И потому я благосклонно приложил его по плечу.

– Молодец! Орден на грудь заслужил.

И едва не открыл рот, когда услышал в ответ:

– Нужна мне эта побрякушка! Лучше бы грудь Ирмы. Да и у Валерии она тоже огонь!

Могу себе представить собственную рожу, если даже всегда острый на язык Гудрон на миг оторопел.

– Дитятко, – наконец нашелся он, – ты, когда с Земли сюда перенесся, случайно, не с высоты упал, как те здания в Центре? Головой вниз? Судя по всему, она у тебя серьезно стряхнута.

– Да ладно вам, уже и пошутить нельзя? Надеюсь, броник назад не потребуете?

И пошел от нас независимой походкой, едва не посвистывая на ходу.

– А ведь такой нам точно не помешал бы, – глядя ему вслед, задумчиво сказал Трофим.

Он был прав – команда определенно нуждалась в пополнении. Особенно в связи с тем, что затевалось нами на побережье. Но поначалу я покосился на Трофима с подозрением – это у него что, шутка такая? Затем нашел, что определенный резон в его словах есть. Во всяком случае, Виталик – точно неробкого десятка.

– Борис? – Его мнение для меня было значимо. Нет, безусловно, в случае с новым человеком крайне важны и мнения остальных, но жизненный опыт Гудрона позволял видеть ему людей едва ли не насквозь. И если он будет против, нас сразу станет двое.

Единственное, беря Ирму, когда она просилась к нам, я обошелся без чьего-либо согласия. Но только по той причине, что был полностью уверен – возражать не станет никто.

– Считаю, Серега прав, – не задумываясь, сказал Гудрон. – Готовый боец, к тому же при бронежилете. – Последние слова Бориса несомненно были шуткой. – Ну а язык мы ему при необходимости укоротим. Грудь ему подавай! – И он хекнул, удивительно точно скопировав красноармейца Сухова из фильма про басмачей и гарем.

– Тогда догони и переговори с ним. Возможно, у него совсем другие планы. И насчет языка поясни.

– Лады, – только и ответил он.

Мы с Трофимом ждали представителей от каждого отряда, когда появился Гудрон в сопровождении Виталика.

– Ну здравствуй еще раз, – сказал я, едва он уселся на соседний камень. – Тебе Борис все объяснил?

– Да.