Она с грохотом бросила поварешку в раковину.

Маша и Сан Саныч замолчали. Они знали, что Зинаида быстро отходит. Через какое-то время Маша решилась нарушить молчание:

— Бабушка, я должна тебе признаться. Только не обижайся.

— Что такое?

— Ты тогда отказалась передать письмо Леше, но я все-таки это сделала…

— Какое письмо? — Сан Саныч был не в курсе, но его вопрос остался без ответа.

— Я же сказала — не смей оправдываться! — возмутилась Зинаида.

— Как ты не понимаешь?! Он должен был знать, что я невиновна! Прости… бабуль… Я правда иначе не могла…

Зинаида обиженно отвернулась. Все делает по-своему, нет, чтобы послушать, что старшие говорят!

— Я понимаю, почему ты была против этого письма, — сказала Маша. — Но зато теперь Леша знает, что я была невиновна. Меня отпустили, и он поймет свою ошибку.

— Какая разница, что он сейчас думает! После того, что с тобой уже случилось!

— Он ни в чем не виноват.

— Важно то, что тебя посадили, оклеветали, и он позволил это сделать!

— Ну а что еще оставалось; когда все улики против нее? — заметил Сан Саныч. — В любом случае ампулы-то Маше подбросил не он!

— И это его извиняет? — не согласилась Зинаида.

— А при чем здесь вообще Леша? Есть какой-то другой человек, который и ампулы подложил, и в милицию позвонил, чтобы на Машу стрелки перевести! — У Сан Саныча были свои резоны. Но Зинаида видела все зло только в самом Алеше. Если бы не он, как славно бы жила ее внучка!

Юбилей приближался, и Самойлов сел заполнять приглашения. Буравин в это время работал на компьютере. Самойлов, закончив писать, взял одно приглашение, подошел и положил его перед Буравиным.

— Я заказал приглашения на наш серебряный юбилей. Вот это на тебя, Таисию и Катю.

— Спасибо… — Буравин взял приглашение.

— Я думаю, что вы должны быть втроем. Хоть на один вечер забудьте о своих проблемах.

— Ради вашего юбилея? — иронично спросил Буравин.

— И ради того, что на него приглашены много нужных нам людей. Будет вице-мэр, люди из пароходства и тому подобное. И лучше, чтобы никто не догадывался о ваших семейных неурядицах.

— Так ты затеваешь праздник для себя с Полиной или для нужных людей? — уточнил Буравин.

— Для всех сразу. Отметим дату, а заодно законтачим с кем надо. Это полезно для нашего с тобой бизнеса.

— Я не обещаю, что смогу прийти.

— Ты должен, Витя! Пойми! Ты еще будешь в офисе?

— Да, а что?

— Я хочу съездить по одному важному делу, а Людочку хочу отправить, чтобы она передала одно приглашение. Она тебе не понадобится?

— Думаю, нет. Я сейчас со своими бумагами.

— Ну что же, отлично.

Самойлов взял еще одно приглашение и отправился в приемную.

— Люда! — позвал он.

— Да, Борис Алексеевич!

— У меня к тебе просьба. Нужно отвезти вот этот конверт в мэрию. Только это нужно сделать прямо сейчас, до конца рабочего дня. Это приглашение для вице-мэра на мою серебряную свадьбу.

— Я уже иду.

— И прошу тебя: отдай конверт ему лично в руки. Ну знаешь… Чтобы не затерялся ненароком.

Никаких команд начальники не дают просто так, всегда в них есть явные и тайные смыслы.

— Я понимаю.