Рю кивнула:

— Я тоже ей не доверяю. Я не доверяю никому из них. Они лгут обо всем.

— А тот молодой друид, который сбил меня в коридоре? Это не было случайностью. Он передал мне записку — она в моем кармане. Он вложил ее мне в руку, когда помогал подняться. Он не хотел, чтобы Шейди и остальные заметили, что он сделал. Он  подвергался  большому  риску.

— Ты  знаешь  его? Это друг Грайанны?

— Я не знаю, кто является ее другом в настоящий момент, а кто нет.

— Ты посмотрел записку?

Он покачал головой:

— Я ждал, когда мы останемся одни. Я не хотел рисковать, чтобы они не смогли увидеть, как я ее посмотрю. — Он немного замолчал, глядя мимо нее на каменные стены. — Пойдем к окну. Встань поближе, чтобы скрыть из вида, чем мы занимаемся.

Он ощутил, как ее рука коснулась его спины:

— Думаешь, что они могут не только подслушивать, но и подглядывать? Здесь?

Он  покачал  головой. Он не знал. Но не собирался рисковать. На кону стояла безопасность его сестры и сына, и кое–кто среди друидов мог не разделять эту тревогу, вне зависимости от того, что они говорили.

Они подошли к окну. Кровавым шаром на лазурном небе солнце клонилось к горизонту. Темными омутами удлинялись тени, а на северо–востоке уже показалась луна. Воздух снаружи обдал их свежестью и прохладой, когда они высунулись из окна, оперевшись руками о каменный подоконник, повернувшись к комнате спиной.

Бек вынул из кармана клочок бумаги и развернул, сложив свои руки лодочкой вокруг него. Они низко наклонились. Там было написано три слова печатными буквами:

НЕ ДОВЕРЯЙТЕ ИМ

И  все. Бек еще немного смотрел на записку, взглянул на Рю, затем снова засунул ее в карман. Когда предоставится возможность, он ее уничтожит. Однако, ему нужно и в этом быть очень осторожным. Даже из пепла друиды могли восстановить подобные записки.

— Ясно, что не все согласны с тем, что произошло с моей сестрой, — сказал он. — Этот молодой друид один из них.

— Могут быть и другие.

Он положил свою руку поверх ее:

— Мы никому не можем доверять.

Она кивнула, ее взгляд встретился с его взглядом:

— Что же мы будем делать?

Он  улыбнулся:

— Я надеялся, что ты мне расскажешь. — Он наклонился и нежно поцеловал ее в лоб. — Действительно, надеялся.

* * *

Лежа ночью в постели в объятиях друг друга, умиротворенные темнотой и тишиной, они говорили об этом.

— Думаешь, они все еще подслушивают? — сказала она чуть ли не шепотом, что предполагало, что она была готова к этому.

Он погладил ее волосы:

— Я думаю, что у них есть дела и поважнее.

— Надеюсь, они не подсматривали, когда мы были в ванной. У меня от этого мурашки по коже. Но я могу представить, как эти хорьки–друиды это делают.

— Никто не смотрел, как мы мылись.

Она немного помолчала, прижимаясь к нему:

— По крайней мере, та пища, что они нам принесли, была вполне приемлемой. Они не пытались нас отравить.

— Насчет нас у них другие планы. Яд нам не грозит, пока мы служим нашей цели.

Он почувствовал, как в темноте она повернула свое лицо к нему:

— Что? Ты о чем–то догадался, не так ли?

Несмотря на то, что он и так говорил шепотом, он понизил его еще сильнее:

— Я размышлял над всем этим. Грайанна исчезла без какой–либо видимой причины, а Тагвен покинул орден, чтобы найти помощь. Это значит, что даже он не знал, кому из этих друидов можно было доверять, куда уж нам. Однако, он знал, что может доверять Арену. Поэтому и отправился в Эмберен, чтобы просить его о помощи.