— Ты… ты меня простишь?

— Что ж с тобой делать, — вздохнул Счастливчик.

Бруно вскочил на лапы, разинул пасть и радостно запыхтел, вывалив язык. Его хвост взметнулся в воздух, завертелся.

Счастливчик тоже улыбался, но внутри у него поселилась тревога.

«Если даже такие добрые и верные псы, как Бруно, могут в один миг обратиться против своих друзей, то сможем ли мы побороть природу Свирепых щенков?»

— Помочь тебе с охотой? — предложил Счастливчик, взглянув на Бруно.

Тот радостно подпрыгнул.

— Ох, Счастливчик, ты самый благородный пес на свете! — смущенно протявкал он и вдруг с громким щенячьим визгом бросился лизать Счастливчика в нос. — Я думал, ты ни за что не захочешь мне помочь!

— Ты хоть понимаешь, что я теперь Омега? — спросил Счастливчик, с опаской оглядываясь по сторонам. — Омеги, вообще-то, не охотятся.

— Какое мне дело? — отмахнулся Бруно. — Это всего лишь название, оно не означает того, кто ты на самом деле! Уж я-то знаю, какой ты!

Счастливчик хмыкнул. Задрав нос, он хорошенько принюхался. Пахло сырой землей, чистой речной водой, теплыми шкурами собак, отдыхающих на солнышке, и смолистыми стволами сосен. Вот только дичью совсем не пахло.

— Идем! — взмахнул хвостом Счастливчик. — Поищем дальше!

Они отправились в лес.

Вскоре удача улыбнулась охотникам — Счастливчик почуял запах дичи. Он уткнулся носом в землю, перерыл кучу сухой листвы и нашел следы.

Бруно молча семенил за ним.

— Счастливчик, а тебе не кажется, что этот запах… он какой-то странный? — неуверенно спросил он.

Счастливчик снова повел носом, и на этот раз уловил нечто пугающее. Шерсть зашевелилась у него на хребте, встала дыбом.

— Да, это очень странный запах, только я никак не могу понять, чем именно, — пробормотал он, оглядываясь по сторонам. Тени деревьев заметно удлинились, приближался вечер. — Знаешь, Бруно, еда — она и есть еда. Давай-ка поищем ее, пока не стемнело!

Какая-то птица громко прокричала в ветвях, заставив Бруно подскочить от неожиданности.

Счастливчик осторожно пошел дальше в лес, Бруно потопал за ним. Обогнув заросли ежевики, они поднялись на невысокий взгорок, и там Счастливчик сразу почувствовал теплый запах мелкой дичи. Он обернулся на Бруно, тот кивнул — значит, тоже учуял близкую дичь.

Собаки одновременно припали к земле и стали красться вперед. Выбравшись из зарослей плюща, густо обвившего ствол поваленного дерева, охотники снова остановились — запах стал еще сильнее.

«Это птицы… но почему запах доносится с земли, а не с веток? — дернул ухом Счастливчик. — Почему птицы сидят на земле?»

Он остановился, насторожил уши.

— Они не шевелятся, — пробормотал Счастливчик. — Может, раненые или… — Он снова принюхался и содрогнулся. Теперь он отчетливо уловил в воздухе тихий и страшный запах смерти.

Дрожь пробежала по шее Счастливчика, холодком разлилась вдоль хребта, он совсем было повернул назад, но Бруно вылетел из-за дерева и с восторженным лаем выскочил на поляну.

— Голуби! Целых два! — заливался он.

Счастливчик настороженно приблизился. Птицы с серым оперением валялись на земле, их маленькие глазки безжизненно блестели, клювы были слегка приоткрыты. Счастливчик застыл, всматриваясь в глубину темнеющего леса, прислушиваясь.

— Они умерли совсем недавно…

— Значит, свеженькие, — тявкнул Бруно, облизываясь.