Фёдор не знал, что произойдёт, если он сумеет осуществить свой план — естественно, по голове его за самодеятельность не погладят, но ему пока тоже было всё равно. Он поставил задачу: во что бы то ни стало, выбить у агентов Альтеров данные о тех, кто убил Антона, а затем, если получит необходимую информацию, ликвидировать убийц. Не важно, кто они — камалы, ларзианцы или ещё кто-то из цивилизаций, действовавших на Земле.

Кир сразу же начал вызывать его, но Фёдор отключил связь, как только покинул первую гостиницу, в которой так и не удалось переночевать. Впрочем, спать ему пока не хотелось — он принял стимулятор.

В новом отеле, воспользовавшись справочником, Пошивалов заказал в прокате машину, которую подогнали к восьми утра, и к мастерской он приехал рановато — заведение было закрыто. Сжевав купленный по дороге гамбургер и запив всё апельсиновым соком, Фёдор устроился на удобном сидении прокатного БМВ-Х3: он взял достаточно дорогой джип в расчёте на то, что ему потребуется машина помощнее и понадёжнее, но не слишком громоздкая. Для предлога появления в мастерской он из гостиницы зашёл в Интернет и поискал данные именно по той модели, которая подвернулась в прокате.

Рассуждал Пошивалов так: если эти парни действительно агенты альтеров, они не позволят ему допрашивать себя и раскроются. Если же они не сознательные поставщики модифицированного кокаина, то при должном нажиме он это тоже сразу поймёт. В таком случае, он просто отметелит накоторговцев и выбьет из них любой ценой сведения, откуда они вообще получали свой товар. Подонков жалеть вообще не стоило: торгуешь наркотой — будь готов, что тебе могут засунуть ножку от стула в задницу, чтобы сделался поразговорчивей.

Правда, второй вариант не решал проблемы расправы с убийцами Антона, но Пошивалов почему-то нутром чуял, что не простые наркодилеры свили гнёздышко в Квинсе.

Погода устанавливалась хорошая, похоже, здесь окончательно наступала весна. Ночью, правда, снова прошелестел приличный дождик, но по-прежнему держалось тепло, а небо намекало на ясный день диском солнца, выползающим из-за хребтов городских построек.

Минуло около часа, когда к мастерской, наконец, подкатила первая машина — новый тёмно-синий «Эксплорер». Из него вышли двое и, не торопясь, перекидываясь шуточками, отперли ворота. Фёдор отметил: парни именно те, кого он собирался обрабатывать. С помощью «слухача» он фиксировал их разговоры — обычный трёп приятелей, работающих вместе и готовящихся начать суетливый день.

Через минут пять подкатил второй автомобиль, прямая противоположность массивному, но строго-деловому джипу — вальяжный и стильный «крайслер-кордоба» нежно-голубого цвета. Там оказалось также двое, и теперь вся четвёрка была в сборе.

В последней машине прибыл как раз и человек, кого Кир считал погибшим членом экипажа корабля, на котором Антон потерпел крушение. По документам он значился сейчас как истинный американец с замечательно-стандартным именем Вилли Дэй.

Собственно Фёдор знал их всех по именам и фамилиям. Высокий бритый смугляк и тоже высокий, но рыжеватый парень из первой машины звались соответственно Левай Джордж и Бернар Луго, а напарник Вилли по «крайслеру», тонкий, темноволосый и изящный, похожий скорее на дирижёра симфонического оркестра, проходил в досье Кира под именем Эмилио Хенсли.

Пора, решил Фёдор и, объехав квартал кругом, подкатил к мастерской с другой стороны. Компания как раз неспешно переодевалась, готовясь к рабочему дню, и с интересом воззрилась на клиента на приличной машине.

Фёдор приветливо поздоровался. Стоявший ближе всех, Эмилио улыбнулся:

— Вашей машине, судя по виду, никак не больше года.