Трубку опустили прежде, чем она успела что-либо сказать. Пегги снова набрала тот же номер. На этот раз она торопливо проговорила:

– Не вешайте трубку! Скажите Пассаро, что это связано с Алексом Лавалем. Это говорит Пегги Чёрч.

Некоторое время было слышно только тяжелое дыхание. Затем гортанный голос произнес:

– Назовите ваш номер, пожалуйста. Мы вам перезвоним.

Пегги сообщила свой номер телефона.

Через час телефон зазвонил. Пегги схватила трубку:

– Алло!

– Я говорю с Пегги Чёрч? – спросил вежливый голос.

– Да, это Пегги Чёрч.

– Вы хотели поговорить об Алексе Лавале?

– Верно. Я работала вместе с ним в журнале.

– Да, мой старый добрый друг Алекс! Такое несчастье! Я сожалею, что не присутствовал на похоронах, поскольку меня не было в городе.

«Еще бы!» – мрачно подумала Пегги.

– Но я не понимаю, зачем вы хотели поговорить с Пассаро, – продолжал вежливый голос.

– Мне все известно!

– Все? – с откровенной насмешкой переспросил голос. – Пассаро очень бы хотел встретиться с барышней, которая знает все.

– Если вы думаете, что я от вашего голоса кончаю, то вы ошибаетесь! – быстро сказала Пегги. – Я имею в виду, что Алекс мне все рассказал о встречах с вами.

Голос стал жестче.

– Это неразумно, барышня, верить всему, что рассказывает мужчина, когда вас трахает.

Пегги отстранила трубку и посмотрела на нее с изумлением. По спине пробежал холодок. Ее поразило, что этому человеку известно не только о ее существовании, но и о том, что Алекс был ее любовником. Она снова поднесла трубку к уху.

– …хоть и старый друг, но Пассаро никогда не одобрял того, что Алекс нарушает клятву супружеской верности…

– А как насчет убийства? – прервала его Пегги. – Убийство вы одобряете?

Теперь замолчал Пассаро. Пегги ждала.

Когда Пассаро заговорил снова, тон его изменился. Тихий, вкрадчивый голос леденил душу:

– К чему этот разговор об убийстве?

– Вы думаете, я не знаю, что вы убили Алекса Лаваля?

– Официальное полицейское вскрытие показало, что это сердечный приступ. К чему этот разговор об убийстве?

– Сердечный приступ – это лажа! Алекс вас испугал, верно? Или задел вашу бандитскую честь. Какова бы ни была причина, вы его убили! – Пегги понимала, что она кричит, что сказала слишком много, но не могла остановиться. – И я хочу увидеть, как вы расплатитесь за убийство, даже если это будет последнее, что я увижу в своей жизни!

– Какие у вас доказательства, барышня, что эту ужасную вещь сделал именно Пассаро?

– Так я вам и сказала! У меня есть доказательства. Может быть, их недостаточно, чтобы идти в полицию… Например, мистеру Бакнеру будет очень интересно услышать…

– Пассаро не знает никого, кто поверит девке с моралью проститутки с Сорок второй улицы…

Трясущейся рукой Пегги повесила трубку. В ожидании, что телефон зазвонит снова, она нервно курила, расхаживая по квартире. С запозданием она поняла, что, вероятно, подвергла свою жизнь большой опасности. Однако подумав, Пегги произнесла вслух, обращаясь к самой себе:

– К черту! Кто-то же должен был сказать Пассаро, что это ему с рук не сойдет!

Телефон по-прежнему молчал. Пегги курила, пытаясь определить свой следующий шаг. Очевидно, она должна пойти к Марку. Что он может сделать, она не знала, но его обязательно нужно проинформировать.

Она позвонила в верхний офис:

– Нэн, могу я поговорить с Марком?

– К сожалению, Пегги, его нет.