– О, понятно. Вы ее знали?

– Нет, но подумала, что было бы неплохо написать о ней.

– В «Петиции»?

– Да.

– Бобби так не работал.

– Мне уже говорили. Но я подумала, что неплохо будет рассказать ее историю с местным колоритом, понимаете?

Женщина молча взглянула на меня, сжав губы в прямую суровую линию.

– Не думаю, – ответила она после паузы.

Я кивнула, но сдаваться не собиралась:

– Говорят, Линда совершила самоубийство.

Она явно не хотела отвечать, но в конце концов все же недоверчиво фыркнула.

– Я так не считаю.

Ее ответ разительно менял ситуацию: это было уже более весомо, чем просто инстинкт Грила или даже мнения Доннера, Виолы и Серены. Неужели почти все придерживаются версии об убийстве, за исключением судмедэксперта из Джуно?

– А кто-то с этим согласен?

– Разумеется, нет.

– И что, по мнению жителей, случилось с Линдой?

– Ее кто-то убил.

– Но кто? И зачем?

– Насколько я знаю, это работа полиции – выяснять такое. Или я что-то упустила и теперь этим занимаются новички-журналисты?

У меня явно не получалось завязать знакомство, а я знала, что мне с соседями надо дружить. Но было здесь что-то еще, я это чувствовала. Не просто история, а настоящая тайна. Быть может, все дело в том, что жители Бенедикта упрямы? Или они правы, а судмедэксперт ошибается настолько, что даже цифры об этом кричат?

– Линда ведь здесь помогала, верно? А Джордж? Он тоже работал… работает здесь?

Женщина пожала плечами.

– Я на вашей стороне, – обратилась я к ней. – И даже если мне не удастся написать статью, я хочу, чтобы люди знали правду.

В этот раз фраза звучала не настолько нелепо, как при разговоре с Доннером, но все же искренности в ней не хватало. Я была честна с ней, мне просто нужно было доказывать это не так яростно.

Женщина едва не закатила глаза, услышав мою реплику, но потом наклонилась ко мне через стойку и посмотрела тяжелым пристальным взглядом.

– Вас здесь никто не знает. Откуда мне знать, что это не вы ее убили? Как мы все можем быть уверены, что убийца не вы?

– Меня даже не было в городе, когда это случилось. Я только летела сюда. Можете спросить Грила или братьев Харвингтон в аэропорту.

Женщина выпрямилась, но на ее лице по-прежнему было сомнение.

– Может, я могу предложить вам одну из наших брошюр? Вы также можете купить билет на туристический кораблик.

– Я бы очень хотела прокатиться, но не сегодня. В другой раз. Спасибо. – Банковской карты с собой у меня не было, да и регистрироваться под одноразовым номером я не собиралась. Но я была стопроцентно уверена, что все знают, где я работаю. – Слушайте, если вы вдруг захотите рассказать мне что-то важное, я почти все время в «Петиции».

– А когда вас там нет, вы гостите у Виолы и ее уголовниц.

– Точно. Но у меня теперь еще есть пикап. Так что если меня не будет ни там ни там, значит, я сижу в нем.

– Буду иметь в виду. – Она повернулась и обратила свое внимание куда-то в сторону дальних полок.

Я огляделась. Возможно, следует спуститься в кафе и порасспрашивать там. Но как только я развернулась, чтобы уйти, неразговорчивая женщина за стойкой внезапно произнесла:

– Они ссорились.

Я молниеносно повернулась к ней. Похоже, она просто не хотела выдавать информацию по первому требованию. Но я была готова приложить усилия.

– Линда с кем-то ссорилась?

– Да.

– Вы имеете в виду, что она поспорила с кем-то на улице?

– Нет.

– Ясно. С кем тогда она была в ссоре?

– Именно это я и пытаюсь выяснить, Лоис Лейн[9].