– А фотографии есть?

– Всего два Джорджа, но никто из них не наш.

– Ясно. Тогда зайдем с другой стороны. Сможете найти список аварий со смертельным исходом? – попросила я. – От пяти до трех лет тому назад.

Орин вбил информацию в поиск.

– Слишком много, даже искать бессмысленно. Минимум две страницы.

– А вы можете сузить поиск и посмотреть, в скольких из них погибли люди моложе двадцати лет?

Орин взглянул на меня поверх монитора:

– Я могу все. – И снова застучал по клавишам. – То есть вы считаете, что Джордж и Линда Рафферти приехали из Детройта, а не из Южной Каролины? И что они на самом деле не Линда и Джордж? – Он снова посмотрел на меня. – Только представьте, как бывает: человек меняет имя и приезжает сюда, чтобы спрятаться.

– Думаю, такое вполне вероятно.

Орин вновь обратился к экрану, а я постаралась не закатывать глаза к потолку даже мысленно.

– Ого! – сказал он. – Тридцать пять аварий.

– Так, теперь, скорее всего, самое сложное: как можно выяснить, связаны ли эти аварии с нашими Джорджем и Линдой? Изучать каждую по отдельности и искать фотографии?

– Ну, я могу воспользоваться специальной полезной программкой, к которой вам, простым смертным, доступа нет.

– У вас могут быть проблемы?

Орин хмыкнул:

– Бет, я сам проблема. Увидите.

Внезапно меня охватило любопытство. Что именно Орин делал для правительства? Он все еще занимается секретными делами? Если задержусь здесь подольше, может, попробую выпытать у него что-то еще. Мне было что ему предложить за это. Я могла бы подтвердить то, что он обо мне подозревает, а он в ответ мог бы выдать мне пару секретов.

И тут я застыла на месте: стоп, а мог бы он найти Леви Брукса? Если я действительно останусь здесь надолго и смогу ему довериться, то мог бы он мне помочь?

Не сегодня, Бет. К тому же я пока не была уверена, насколько ему можно доверять.

– А как работает ваша программа?

– Я могу подключиться к базе некрологов, а затем программа выдает мне ссылки на те места и людей, которые упоминаются в текстах.

– Очень удобно. Если что-то найдете, дайте…

– Попались! Смотрите.

Я встала, обошла стол и посмотрела на экран с его стороны.

«Наши» Линда и Джордж Рафферти оказались Шерон и Грегом Ларсон, жившими когда-то в Детройте. Ни у меня, ни у Орина сомнений больше не осталось.

Вкратце описание случившейся с ними трагедии было следующим: машина, за рулем которой была Шерон-Линда (Грег-Джордж сидел на пассажирском месте), врезалась в другую сбоку. Водитель, подросток Трэвис Баттерфилд, умер мгновенно. Никто из пары не имел никакого отношения к молодому человеку, и своих детей у них, кажется, тоже не было. Тесты показали отсутствие алкоголя в крови Линды, однако было доказано, что она говорила по телефону в момент аварии. Ей предъявили обвинение в непреднамеренном убийстве и признали виновной. Тюремного заключения в приговоре не было, Линда была на условно-досрочном и должна была потратить по решению суда некоторое количество часов на общественно-полезные работы. Если мои расчеты были верны, Шерон и Грег покинули Детройт, не отработав эти часы. Но почему они решили назваться именно Линдой и Джорджем Рафферти, было неясно. Орин и я решили звать их как раньше, поскольку знали их именно под этими именами.

Итак, никакого сына они не теряли. Но потерял кто-то другой. Сравнивать обе трагедии было невозможно. Нет ничего хуже потери ребенка. И ничего хуже, чем убить ребенка.