Спеша на причальный камбуз что-нибудь перехватить на ленч – ему еще предстояло закончить пробное уравновешивание масс, – он, не глядя, обогнал какого-то человека, медленно шествующего по бетонному причалу.

– А! – раздался знакомый голос мастера тел-Ондора. – Неужели вам настолько сильно хочется избежать разговора со мной?

С горящими ушами Джетри повернулся и сделал быстрый поклон извинения.

– Прошу прощения, сударь. Мои мысли были сосредоточены на вычислениях, а мой желудок – на ленче.

– Непобедимое сочетание, должен согласиться, – признал мастер. – Я рад видеть вас так занятым работой вашего дома. Вы приносите радость вашей матери.

Проверка. Джетри подавил вздох и поклонился, едва заметно поморщившись, когда у него в желудке громко забурчало.

Мастер тел-Ондор спокойно взмахнул рукой, приглашая Джетри идти дальше.

– Перестаньте, этого не нужно. Но сначала позвольте мне поздравить вас с тем, как вы встали на защиту корабля на причале.

Джетри застыл. Значит, не урок – лекция.

– Но нет, – сказал мастер, видимо, увидев что-то на лице Джетри, несмотря на его стремление оставаться бесстрастным, – это не проблема. Корабль хорошо о вас отзывается, как и мастер-карго и клерк. Мне сказали, что вы безупречно выбрали модальность для решения проблемы. Мастер-карго утверждает, что вы были готовы принять командование и отразить захватчиков, идущих на абордаж!

Он вежливо поклонился.

– Мне только хотелось бы, чтобы все купцы, которых я обучал, имели такое чутье, как у вас. Полагаю, что вы будете совершенно готовы к следующему этапу вашего путешествия.

С этими словами он снова махнул рукой – и Джетри пошел дальше, размышляя одновременно об инерционных ограничениях и о ленче.

День 116-й

1118 год по Стандартному календарю

«Элтория»

Корабль находился в четырех стандартных днях пути от Тилены, держа курс на Модрид. Там экипажу предстояло провести пару дней промежуточной торговли, а потом лечь на курс к внутренним мирам.

К внутренним лиадийским мирам, где такие земляне, как Джетри Гобелин, быстро превращаются в диковинку, о которой на третий день забывают. В лучшем случае.

Сказать, что он беспокоится, было бы достаточно верно. Гэйнор и Вил Тор, вместе и порознь, уверяли его, что он справится даже лучше чем прекрасно, но он считал, что они, будучи его друзьями, могут быть несколько предубеждены в его пользу. Пен Рел сиг-Кетра, которого можно было назвать другом лишь условно, отреагировал на сообщение об изменениях в маршруте, усилив уроки самообороны так, что они стали похожи на драки в портовых трактирах. Мастер тел-Ондор сделал то же в отношении уроков должного поведения, но после них хотя бы не оставалось синяков.

А Норн вен-Деелин, которой следовало бы бояться всего этого не меньше, чем ему – если не больше, поскольку, как он мрачно подозревал, она гораздо четче представляла себе, что именно произойдет, если он все испортит, – Норн вен-Деелин улыбалась, трепала его по плечу, называла сыном и говорила, что уверена: он справится со всем с честью.

И в этих обстоятельствах, с досадой подумал Джетри, сбрасывая с себя одеяло и ударом ладони включая свет, неудивительно, что он лишился сна.

Он натянул свою самую удобную лиадийскую одежду – пару прочных бежевых брюк с множеством карманов и не менее прочную коричневую рубашку (что было достаточно похоже на стандартную корабельную одежду на «Рынке» и потому немного утешало), сунул ноги в мягкие корабельные тапки и перерыл груду личных вещиц, пока не нашел свой фрактин, ключ Синдиката и общий ключ корабля.