Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +

– Мы в Торговом Доме оружейников следим за императрицей с детства. К ее досье, естественно, имеют доступ только три ноумена и члены Высшего Совета. Здесь ошибки быть не может. Я знаю, это рушит ваши планы, но не принимайте так близко к сердцу. Принц дель Куртин по праву наследует трон и, полагаю, отлично справится с продолжением рода. Через несколько поколений появится еще одна императрица, и вы снова женитесь.

Хедрок, меривший шагами комнату, остановился.

– Нельзя быть таким бессердечным, черт вас побери, – выпалил он. – Я думаю не о себе. Дело в женщинах рода Айшеров. Особенности их характера не очень ярко выражены в Иннельде, но что‑то главное сохраняется. Она не откажется от этого ребенка, вот что меня волнует. – Он резко метнулся к собеседнику. – Вы абсолютно уверены? Не играйте со мной в игры, Гониш!

– Да я не играю, Хедрок. Императрица Айшер умрет при родах и… – Он замолчал, взгляд его был устремлен куда‑то в сторону.

Хедрок медленно повернулся в том же направлении и увидел ее на пороге. Женщина произнесла ледяным тоном:

– Капитан Хедрок, вы и ваш друг, мистер Гониш, в течение этого часа покинете дворец и не будете возвращаться, пока… – Она замолчала и какое‑то мгновение стояла, замерев на месте. Потом быстро, но с трудом выговорила: – Никогда, никогда не возвращайтесь! У меня больше нет сил. Прощайте…

– Подожди! – пронзительно закричал Хедрок. – Иннельда, ты не должна рожать ребенка!

Его вопль разбился о закрытую дверь.

 

19

 

В тот последний день Хедрока провел во дворец дель Куртин.

– Нужно, – прошептал принц, – чтобы кто‑нибудь около нее был. Нельзя же поступать против здравого смысла. Мои друзья сообщат ее новому доктору Тилинджеру, что вы здесь. Побудьте у себя, пока вас не позовут.

Томительно тянулось время. Хедрок шагал взад‑вперед по толстому ковру и думал о месяцах, прошедших с тех пор, как его прогнали из дворца. Тяжелее всего было несколько последних дней. Хотя никаких официальных сообщений в средствах массовой информации так и не появилось, сведения просачивались отовсюду. Совершенно непонятно, каким образом, но все знали о скором рождении наследника. До Хедрока долетали обрывки разговоров во время прогулок по тихим улочкам или в ресторанах, куда он порой заглядывал. Казалось, слухи переносились легкими дуновениями. По сути своей они были доброжелательными. Просто говорили, что со дня на день следует ожидать появления на свет наследника Айшеров, и взволнованная публика ожидала официального заявления, хотя никто не знал точной даты.

Это случилось в десять вечера. Тилинджер прислал за Хедроком, и он поднялся из своего кабинета в покои императрицы.

Его смущенно приветствовал доктор – средних лет мужчина со впалыми щеками. Тилинджера не в чем было обвинять, разве лишь в слабохарактерности. Его вынудили стать личным врачом императрицы вместо доктора Сноу, которого в одночасье уволили после тридцати лет службы при дворе. Хедрок все еще помнил тот день, когда за обедом Иннельда в ярости напала на доктора Сноу, назвав его старомодным лекарем, «который все еще ставит себе в заслугу то, что помог мне появиться на свет».

Несомненно, старый доктор сказал Иннельде правду, а ей это не понравилось. Также не было сомнений и в том, что нового врача лишили возможности тщательно осмотреть императрицу. Хедрок понял это, слушая Тилинджера. Она сделала правильный выбор, ибо этот человек никогда не осмелился бы преодолеть сопротивление своей венценосной пациентки.

– Я только‑только разобрался, в чем дело, – бормотал он. – Она под наркозом, но может общаться. Принц Хедрок, вы должны убедить ее – или ребенок, или она. Ее уверенность в том, что она будет жить, абсолютно беспочвенна.

Быстрый переход
Мы в Instagram