В один и тот же путь идем мы неизменно:

         Ступни у нас в гробу, пред алтарем колена.

         Да, неизвестный брат, един весь род людской,

         И в бесконечности исчезнем мы одной.

Торквемада

         Из Мира в Рим иду.

Франциск Паоланский

         В Рим?

Торквемада

         В Город из Вселенной

         Иду я, пилигрим ничтожный и презренный.

         Хочу кой-что свершить. Настал, как вижу, срок.

         Иду я наугад, бреду я одинок.

         По снегу, по пескам пустился я в скитанья.

         Свое прошение я в Рим послал заране,

         И Александр Шестой уж знает про меня.

Франциск Паоланский

         Как? Папа новый?

Торквемада

         Он испанец, как и я.[27 - Как? Папа новый? — Он испанец, как и я. — Папа Александр VI Борджа был родом испанец. Действие драмы Гюго происходит в 80-х годах XV в., а папа Александр VI вступил на престол только в 1492 г., но Гюго сознательно допустил этот анахронизм, как видно из следующей его заметки: "Существует некое сродство между Борджа и Торквемадой. Отсюда анахронизм в этой драме… В искусстве философия истории важнее, чем история. Факты служат идее. Этим подчинением реального идеальному, составляющим цель искусства, и достигается высшая правда".]

         Еще в Валенсии мы некогда встречались.

         Он родом Борджа. Ну, а ты, почтенный старец

         В пещере каменной, скажи, кто ты такой?

Франциск Паоланский

         Меня зовут Франциск.

Торквемада

(с почтением отодвигается от отшельника)

         Из Паолы? Святой?

Франциск Паоланский

         Нет.

Торквемада

         Но ведь ты, Франциск, как говорят, пророчишь?

Франциск Паоланский

         Нет.

Торквемада

         Чудеса творишь!

Франциск Паоланский

         О нет! Но, если хочешь,

         Я вижу чудеса, когда заря встает,

         И серебрит она потоки горных вод,

         И солнце маленьких пичужек пробуждает,

         И жизнь вселенский стол так щедро накрывает.