— Все люди иногда плачут. — Доктор был заметно раздосадован. — Даже я.

— Она что, умирает?

— Все люди рано или поздно умирают. Иные раньше, иные позже. — Эти слова послужили слабым утешением. — Просто это была очень славная малышка. Никогда не жаловалась. Как ты.

Отец затормозил, на светофоре загорелся красный свет.

Фрида помнила тот вечер так, будто все это случилось вчера. Происшедшее очень сблизило их. С тех пор она всегда чувствовала себя в безопасности, когда была с отцом.

— Не бойся, — сказала она отцу. — Я не собираюсь умирать. Даже очень прекрасно себя чувствую.

Отец рассмеялся и поцеловал ее в макушку. А он не был щедр на поцелуи.

— Спасибо, дочка, — серьезно произнес он.

Довольно странная благодарность, если считать, что она вовсе не была маленькой девочкой, умирающей от неизлечимой болезни. Может быть, он сказал так для того, чтобы она знала: даже ее отец иногда нуждается в словах утешения. А может, просто потому, что она была его дочкой и он любил ее.

Фрида пригласила отца на свое торжество, хотя и знала, что матери это будет неприятно. Но он оказался достаточно чутким и пришел без новой жены. Ви тоже сумела сохранить полное самообладание в присутствии бывшего мужа. Все прошло очень и очень гладко, Фрида была счастлива. Теперь она понимала, отчего люди взяли за правило руководствоваться соображениями приличия — так легче выжить.

— Итак, дочка, теперь ты замужняя женщина, — обратился доктор к дочери за праздничным столом. Впрочем, стола как такового не было, завтрак подавали «а-ля фуршет». Фрида не любила усложнять жизнь. — Ты могла бы стать превосходным врачом, моя детка. У тебя есть к этому данные.

— Какие, папа? Бессердечие? Наверное, это необходимое условие?

Отец бросил на нее пристальный взгляд.

— Ты считаешь меня бессердечным?

Не имеет значения, что отец совершил в отношении ее и матери. Фрида не хотела быть нечестной по отношению к нему.

— Нет, не считаю. Считаю тебя отважным. А бессердечная тут я.

Фрида помахала Биллу. Все-таки ее муж — очень симпатичный парень. Учится на втором курсе химического факультета. Теперь, после свадьбы, они будут жить в коттедже рядом с домом его родителей. Конечно, им придется оплачивать расходы по ренте, но все же это будет дешевле, чем в другом месте. К тому же Билл получает стипендию.

— Как бы там ни было, выйти замуж — это все-таки не значит умереть. Я собираюсь посещать курсы медицинских сестер. Буду специализироваться по онкологии.

Доктор пришел в восторг.

— Умница, дочка! Тут тебе и пригодятся твои способности. Вот это я и хотел услышать.

Когда Фрида сообщила Биллу, что беременна — она как раз только начала учиться, — он был на седьмом небе от счастья.

— Ну и с чего ты так распрыгался? — усмехнулась она. — Это ведь всего-навсего ребенок.

— Всего-навсего? — поразился он. — Ну ты скажешь!

Училась она с удовольствием, но беременность оказалась тяжелым испытанием. Появилась сильная усталость, раздражительность. Субботы они с Биллом всегда проводили у ее матери. В эти месяцы у них вошло в привычку совершать долгие прогулки за городом. Мать ее как-то неожиданно сильно сдала; иногда у нее путались мысли. Но она по-прежнему с интересом относилась к вещам, о которых прежде никогда не говорила, например, вступила в местный клуб защитников окружающей среды.

— Если не мы станем пытаться спасти Землю, то кто же тогда? — вопрошала она дочь.

Теперь она стала гораздо менее закрепощенной и давала волю своим чувствам, чего прежде не позволяла себе.