— Да если бы я твой огонь не вобрал, ты бы сгорела, как свечка! А уж после оборота, извини, тут я ничем не могу помочь без твоего же личного согласия поделиться со мной силой. А ты, Бронька, мне его не давала, между прочим! — возмущенно выпалил херувим.

Я демонстративно сложила руки поверх ночнушки, которой прикрывалась, давая понять, что он меня ни капли не разжалобил.

— Ладно, чего завелась-то… — пошел на попятную хран. — Погорячились и будет. Не хочу я пока к Сеттарам возвращаться. Там ребенок бестолковый, и соображать эта девица еще только лет через десять начнет. Скукота. А с тобой интересно. И ушастый так перед тобой прогибается забавно. Когда еще такое увидишь? Если я пообещаю за тобой не подсматривать, когда ты голая, простишь? Назад не отправишь? Соглашайся!

И Васесуарий захлопал ресницами.

— Должен будешь! — прищурилась я.

— Хм… — задумался пройдоха. — Знаю я вас, женщин! Вы порой сами не понимаете, что вам надо, а я клятвой себя свяжу…

— Не хочешь, как хочешь, — пожала плечами я и отвернулась, делая вид, что разговор исчерпан.

— Да чего ты сразу-то? Давай оговорим, поторгуемся, как маг с магом. Глядишь, чего и сладится ко всеобщему удовольствию. Вот ты, к примеру, чего хочешь?

Я задумалась. А, правда, чего я хочу? Хочу все про себя знать, а херувим точно владел какой-то информацией. Я это по рожице его наглой и хитрой видела.

— Что тебе известно о лазурных драконах, и почему магистры так удивились моему превращению?

— Ха! О лазурном драконе ничего никому не известно! Это, Бронька, миф. Сказка красивая, не больше. Поговаривают, что он приносит счастье тому, кто его увидит.

Это как синяя птица на Земле, что ли? Лазурный дракон удачи… Хотя, какой мир, такие и символы. Однако, интуиция не дремала и интенсивно подсказывала, что херувим — лгун и мошенник! А посему…

— Если это все, то, считай, мы не договорились. Иди, собирай котомочку, завтра отправишься домой. А будешь возмущаться, я еще и магистру Салмелдиру расскажу, как ты на меня голую пялился!

— Ябеда! — надулся хран. — И, вообще, пора привыкать к новым именам. Он для нас не магистр, а Друлаванчик, Друлавашенька, в крайнем случае — Друльчик или Друлечка.

От «Друлечки» меня основательно перекосило, и Вас поостерегся продолжать в том же духе.

— Ладно, твоя взяла, вымогательница! — вздохнул он.

— Неужто, память вернулась? — подколола я.

— Язва ты, Бронька, похлеще Лерки. Вот за склочный твой характер боги тебя и наказали, выбрав в пару наивреднейшего из ушастых!

— Так уж и в пару?

— У меня глаз наметан!

— Хорош мне зубы заговаривать! Или говори, или котомочка! — предупредила я, диалог начал утомлять, да и физиологические потребности никто не отменял.

— Дракон лазурный был всего один. Не местный. По слухам, из другого мира заслали. Но его сразу «черные» в оборот взяли. Вот в их легендах он затерялся. Так что, я тебе ни словом не соврал, когда говорил, что знаю мало… — Я угрожающе насупилась, и херувим сразу подобрался весь, глазки забегали. — Но я знаю того, кто сможет рассказать больше!

— Хорошо, — устало вздохнула я. Заколебал меня этот мельтешащий перед глазами карапуз. — Потом поговорим с твоим знатоком, а сейчас сгинь!

— А не станет он ни с кем из живых общаться! — осмелел хран.