А кстати… Огненная магия имела красный, оранжевый или даже бордовый оттенок. Но у меня имелась и вторая магическая нить — лимонная.

— Вас, — позвала я.

— Чего тебе? — нехотя откликнулся хран, потому что тоже весьма заинтересованно наблюдал за адептами.

— А какая магия имеет насыщенный желтый цвет?

— Желтый? — херувим подлетел и завис передо мной, а потом потрогал лоб и участливо так спросил: — Прилечь не хочешь? Перенапряглась, наверное…

— Даже и не думала! — мое любопытство разгоралось. — Какая магия, Вас?

— Магии желтого цвета не существует в природе, Бронис.

Я поперхнулась и закашлялась. Пожалуй, прилечь мне все же стоило.

Глава 21

— Что-то ты бледненькая, — переполошился хран. — Может, сарджиса позовем? Или этих летучих? Пусть перекусить принесут?

Думаю, перекусить херувим и сам хотел, но я спорить не стала и согласилась. Но вопрос оставался открытым, что за желтая магия сидит внутри меня? И, если от огненной стихии, которая во мне не слишком сильна, одни неприятности, то странная неизвестная магия, словно ласковый домашний кот, дарит лишь тепло, уют и хорошее настроение.

Вообще, стоило мне увидеть пару в унисон сияющих глаз, на душе становилось радостно и легко, даже если сами «огоньки» не производили впечатление приятных людей. Взять хотя бы бывшую любовницу Друлавана и ее долговязого эльфа. Почему-то я была почти уверена, что сверкающие глаза — это проявление моих способностей, та самая желтая магическая нить.

А ведь я хотела спросить об этом у Тейсфора, но в новом мире то кони скачут, то избы горят, вот и приходится бедной женщине соответствовать: то магию обретать, то в дракона превращаться.

— Ну, чего застыла-то, будто тебя пыльным мешком по затылку треснули? — вмешался в мои мысли хран. — Накрыли уже.

Добрые привидеши и правда расстарались. Видимо, для ужина было еще слишком рано и на столе стояли напитки, дымился чайник, соблазнительно пестрели фрукты. Утренняя, съеденная в обед, каша давно усвоилась организмом и есть снова хотелось. Тем более, всю остальную часть завтрака нагло слопал херувим. Да, лазурный дракончик хоть и маленький, а прокормить его довольно непросто. Сколько ж тогда пищи, стесняюсь спросить, кукурузники потребляют?

— Ладно уж, садись, — кивнула я зависшему рядом Васу.

— Перебьюсь, — неожиданно заявил он. — Тебе питаться сейчас лучше надо, а то вон уже галлюцинации начались.

— В мои галлюцинации очень сложно не поверить, они весьма правдоподобны, — вздохнула я и протянула храну бутерброд с сыром. — Понимаешь, я эту желтую магию в себе вижу. А огненная, блеклая и тоненькая ниточка только обвивает мощную и настоящую желтую.

Вас заглотил угощение, которое мигом исчезло в его пасти, и уставился на меня.

— А ну дай посмотрю… Не мог я такое пропустить, Бронька! Не мог!

И как они здесь на магическое зрение переходят? Опять мне кнопку не показали или хотя бы тумблер тайный. Кажется, на обороте кто-то советовал смотреть внутрь себя, и у меня даже это получилось. Правда, в критической ситуации. А сейчас разве в Багдаде все спокойно? Нет, пожалуй, тоже излишне нервенно. Нельзя оставаться нордически холодной, когда твое состояние сильно смахивает на сумасшествие. Даже местные в галлюцинациях обвиняют.

Я закрыла глаза и попыталась увидеть те самые ниточки. Персиковый «червячок» огня был на месте, а желтой нити не было — ее и след простыл.