Поэтому я не стала выслушивать домыслы вредной сущности, а поднялась с банкетки. Дух протестуя замахал туманными руками, а Вас, наконец, соизволил продолжить:

— Сядь на место! На чем я там остановился? — он сделал вид, что вспоминает, хотя лично я ему ни капельки не верила, но села. — Ах, да, на шашнях. Так вот, я ошибся и меня поправили. Поскольку твой отец был довольно интересным драконом, глупые девицы сами за ним увивались. Их даже не надо было уговаривать, сами кололи, сами палец прикладывали, но книга не отвечала. Пока с Эгеррой не пришла Беллер Ярилторн.

Я пошатнулась и схватилась за стол, чтобы не упасть со скамеечки.

— Воды неси! Видишь, палку я перегнул, а ей сейчас волноваться-то нельзя! — шикнул на духа хран и подлетел ко мне. — Может, ну их, тайны эти? В комнатку пойдем, приляжем?

— Ну уж нет, я хочу услышать все, — твердо произнесла я. Тем более, в руках появился стакан, который я залпом и осушила.

— Да там и рассказывать больше нечего. Беллер оказалась такой же глупышкой. Пришла, палец уколола, капнула кровушки, текст в книге и появился. Только у Эгерры после этого к ней интерес пропал. Он читал и читал, а девица злилась, ведь она ради отца твоего двух ухажеров бросила.

— Ухажеров? — переспросила я.

Хран же, когда увлекался, тормозить забывал.

— Ну да, ректора, который все к ней в женихи набивался, и ушастого твоего, он тогда как раз сюда перевелся из человеческих земель…

Тут херувим осекся и подозрительно уставился на меня.

— Ты, Бронька, не думай, это все Беллер к эльфу набивалась. Да в его сторону половина дам академии неровно дышит, а он у нас кремень! Может чего и сказал девчонке, а та и уши развесила. Но ректор, похоже, магистра Салмелдира именно с тех времен и не выносит. Или я опять что-то не то сказал?

— Кроме того, что назвал глупой и легкодоступной мою мать? — очень тихо спросила я.

— Во-первых, про легкодоступную я не говорил, — возразил Вас. — А во-вторых, мать она тебе или нет, еще доказать надо. Коли и проверим!

Вот же… херувим хитрющий! Кровь ему мою надо? Да пожалуйста! Я схватила булавку и вонзила иглу в подушечку указательного пальца. На коже тут же набухла алая капля.

— Вон туда, где золотой оттиск в виде листа, приложи. Да, так, а теперь давай сюда руку, залечу, — командовал хран, но я его почти не слушала, машинально выполняя указания, потому что другой рукой, свободной от Васа, я листала страницы, исписанные ровным почерком.

Это была не книга. Сейчас я держала в руках чей-то дневник, а быть может летопись. Иногда мелькали картинки, весьма искусно нарисованные.

— Готово, а ты боялась, — вернул мне конечность мелкий пройдоха. — Ты пока читай, а я метнусь к летучим. Пускай чай сюда принесут, пока мы делом заняты.

Я не возражала, мне было абсолютно все равно кто, куда и что понесет, ибо сейчас передо мной лежал целый мир, о котором хотелось знать все и даже больше.

Глава 22

Записывал все же кто-то, кому было велено вести подобные хроники. Ибо начиналась книга с жизни клана черных драконов, бесконечных войн и распрей. А дальше все сводилось к вымиранию высших рас Витары и кукурузников в частности. Им как-то сложнее всего приходилось, ибо из-за узости мышления они не искали партнеров среди других народов, а предпочитали обходиться своими силами.

Дообходились до того, что в живых из способных принести потомство осталось лишь пятнадцать самцов.